Джон Кинг - Белое отребье

Он представил себя на Мальдивах. Муха – это москит, сосет кровь и переносит заболевания, заражает невинных людей малярией и скрытыми болезнями. Он видел блох. Вшей в детских волосах. Эпидемии начинаются с подходящих погодных условий. Микробы ждут своего шанса, чтобы учинить опустошение. Всегда ждут. Чтобы жить. Расти. Оставить потомство. Умереть. Конечно, то же самое происходит и у людей. Но люди живут дольше. Отмеряют свои жизни годами, а не минутами. У мальчишки были пухлые щеки. Он растет. Джеффрис подумал о страдающих детях. От краснухи. Рожи. Астмы. Ветрянки. Пузырного фиброза. Кори. Тонзиллита. Дифтерии. Эти испытания длятся бесконечно, это война, в которой невозможно победить.

Он представил терапевта, который кормит мальчика огромными кусками сахара, пухлый рот громко чавкает, он накалывает еще больше чипсов на вилку. Он представил, как смотрит в глаз мальчика через офтальмоскоп и видит, как сосуды качают кровь. Бьется сердце. Давление крови в венах. Мальчик вырастет и станет мужчиной, у него будет столько проблем, от которых невозможно убежать. Он подумал о докторах, которые исследуют слюну. Мочу. Гной. Берут кровь. Жидкость тела. Так много новых скрытых заболеваний. Жизнь – это суд божий.

Кофе, который здесь делали, был поистине отвратительным. Он понимал, что многие люди пьют растворимый кофе, но что насчет тех, которые предпочитают свежие крупные зерна? Он изучил еду, которая здесь предлагалась. Чипсы. Разогретые пироги. Сэндвичи с белым хлебом. Сухарики. Сладости. Непитательные газированные напитки, которые употреблялись в бесчисленном количестве. Господи, вообще-то здесь предполагалось быть больнице. И это значит, что еда тоже должна быть полезной. Сбалансированная диета избавит службу здравоохранения от такого объема ненужной работы. Вместо карбонизированных химикатов детям следует пить свежевыжатый апельсиновый сок. Перекусывать яблоками. А не сухариками. Вместо пирогов и чипсов людей нужно заставить питаться печеной рыбой и слегка припущенными зелеными овощами. Их вкусы скоро изменятся. Свежий салат гораздо лучше непропеченного пудинга.

Он улыбнулся сам себе. Он и в самом деле не был дураком, верящим, что все это возможно. Пока такое питание устраивает обе заинтересованные стороны и государство, большинство людей будут есть для удовольствия, а не для пользы, это рабы своих желудков. Они неспособны даже на такие простые жертвы. То же самое с сигаретами и алкоголем. В этом суть проблемы, столкнулись задачи здравоохранения и корпоративные интересы. Тщетны попытки что-то изменить, но это подвиг, который он с радостью совершает.

Он забыл о толстом мальчишке, вместо этого стал думать о Рональде Доузе. Разговаривая с медсестрой Джеймс, он притворился, что никогда не слышал об этом человеке, но это была не совсем правда. Конечно, он не знал этого пациента лично, но был осведомлен о его существовании и его смерти. Он солгал ей, но из самых лучших побуждений. Джеймс так переживала, так что сочувствующие уши – гораздо более действенно, чем безразличное наблюдение. Доуз был пожилой человек, у него было слабое сердце, и вода в легких была причиной его определения в больницу. Это не был экстраординарный случай, но человек был уже в летах, в почтенном возрасте. Неприятный факт – что жизнь подошла к концу, и Доузу было нелегко это принять.

Уныние – обычная вещь среди людей такого возраста, их суставы болят от артрита, а органы с трудом выполняют основные функции. Если повезет, у них есть маленький садик. Он вообразил старика, одинокого, сидящего день за днем в плохо построенном доме, почти без денег, его приятели умерли, жена уже долгое время больна. Так недостойно провести свои последние годы. Он представлял, как мужчина трепещет от страха, напуганный юными хулиганами, швыряющими камни ему в окна и засовывающими собачьи экскременты в его почтовый ящик. Соседи отворачиваются от него, потому что боятся конфронтации. Мусор грудами насыпан на кухне, раковина завалена грязными тарелками. Он питается по минимуму, одежду нужно стирать. Постепенно он перестает бриться и мыться. Его семья слишком занята своими собственными делами, и старик забыт. Он оставляет свое пособие государству. Незнакомцам, которые тем не менее трудятся на благо народа. Вот таким он увидел мистера Доуза, а медсестра Джеймс не желала ни бороться со своим горем, ни внимать тому, что смерть – это неизбежные последствия его возраста.