Бен Хетч - Всюду третий лишний

– Я только… иттти в… туалеттхх… куррриттх… мои руккхи.

– Что ты говоришь, Дэнни?

– Я хочу… иттти в… туалеттхх… куррриттх… мои руккхи.

– Что?

– Иди в жопу. (С этой фразой у него никогда не возникало проблем.) Я хочу… иттти в… туалеттхх… куррриттх… мои руккхи.

Однако были и успехи – он впервые назвал меня по имени; он впервые съел весь обед, – но на исходе девятой недели врачи провели обследование, и его результаты были далеко не обнадеживающими. Нам было сказано, что подвижность левой руки утрачена безвозвратно: это означало, что она всегда будет безжизненно висеть вдоль тела. Для его осмотра специально пригласили британского специалиста по клинической психологии, работавшего в Фегбергском госпитале недалеко от Дюссельдорфа. Он провел с Дэнни целый день, а потом, заведя нас с Томом в офис социального работника, рассказал о результатах своих наблюдений. Повреждения затылочной доли мозга Дэнни явились причиной гемианопсии [39]– правая часть поля зрения оставалась невидимой для обоих глаз. Вот почему Дэнни не смотрел никому в глаза – мертвые зоны, появившиеся в поле зрения обоих его глаз, требовали, чтобы он немного смещал взгляд, поэтому казалось, что он смотрит куда-то вправо от вас. Все говорило за то, что в височной доле его мозга имело место нарушение гиппокампа – области, отвечающей за память. Это означало, что он не сможет запомнить тот или иной случай, будет чрезвычайно забывчивым и вряд ли сможет хранить в памяти какие-либо новые события и факты. Мозг подобен компьютеру: многое из того, что он записал и хранит в памяти, осталось неповрежденным, но он уже никогда не сможет записать и сохранить какую-либо новую информацию в файлах памяти, предназначенных для долговременного хранения.

Растормаживание [40]– еще один медицинский термин, который мы узнали, – означало, что в мозгу Дэнни, по всей вероятности, не будет происходить никаких процессов анализа возможных вариантов и последующего выбора решения: он будет не в состоянии сделать паузу и подумать, прежде чем что-то сказать или сделать. Другой проблемой, связанной с предыдущей, было то, что на языке врачей называется апраксией, – вызванное поражением лобной доли мозга. Вследствие этого нарушения Дэнни, очевидно, никогда не сможет что-либо спланировать заранее. Если он обнаружит, что оказался в незнакомой ситуации, пусть даже чрезвычайно простой, он не сможет найти способа, как с ней справиться.

В общем, нам рассказывали, и мы понимали, что в действительности означает для него повреждение мозга.

Что касается Люси, то в экстремальных ситуациях на нее никогда нельзя было возлагать особых надежд. Как мне представляется, она думала, что Дэнни встанет на ноги и снова станет прежним, но то, что она увидела, повергло ее в состояние шока.

Она была со мной в квартире Дэнни, когда я в пух и прах разругался с редакцией своей газеты. Около двух недель я не звонил им и не сообщал ничего о том, когда смогу вернуться и приступить к работе, потому что мне наперед были известны и их реакция, и их ответ. Однако Люси все-таки настояла на том, чтобы я позвонил.

Стив Пенди:

– Смерть близкого – под этим понимается непосредственно член семьи, как-то: один из супругов или ребенок, – и в этом случае штатному сотруднику предоставляется недельный отпуск. Продолжительность отпуска по аналогичной причине, но не связанной непосредственно с членом семьи – а именно такой случай и имеет место – не может превышать трех дней. Вы же, Кит, отсутствовали на работе более двух месяцев. Я понимаю, что вам пришлось пережить. Но это не дает вам права нарушать правила, являющиеся общими для всех.

Он предложил зачесть неделю отпуска, которую я не использовал в прошлом году, и пятинедельный отпуск, полагающийся мне в текущем году, а я ответил ему, что предпочту увольнение.

Этот произошло после целого ряда телефонных разговоров, каждый из которых был более враждебным, чем предыдущий. Однако после многократных выговоров и внушений, сделанных мне Люси, я все-таки снова позвонил им, и они согласились, что я после возвращения домой буду по-прежнему вести телевизионное обозрение, но уже как нештатный сотрудник.

Дэнни неожиданно продемонстрировал признаки улучшения состояния: он узнал нашего прежнего кота Бутса на старой фотографии в семейном альбоме, который папа принес в палату; он с помощью рамы-подставки сделал первые шаги. Но такие прорывы случались все реже, перерывы между ними были очень долгими, а мы все начали чувствовать усталость: отец, которого одолевали боли в груди, вынужден был показаться врачу; Джейн по возвращении в Англию не могла спать без снотворного; я начал постоянно ссориться с Люси.