Ирен Немировски - Французская сюита

27 октябрь 1941

Робер Эсменар — Ирен Немировски

Я изложил Ваше положение моему тестю и передал ему последние Ваши письма, адресованные мне.

Как я Вам уже сообщал, г-н А. Мишель готов быть Вам полезным в той мере, в какой это возможно, и просил предложить Вам ежемесячные выплаты в размере 3000 фр. на протяжении 1942 года, что соотносится в целом с той суммой, которую он выплачивал Вам, когда имел возможность публиковать Ваши произведения и получать за них возмещение от регулярных продаж. Будьте так добры и подтвердите Ваше согласие на сделанное предложение.

Вместе с тем я должен предупредить Вас, что согласно четко выраженным разъяснениям по поводу пункта 5 приказа, изданного немцами 26 апреля, которые мы получили от Синдиката Издателей, мы обязаны перечислять все выплаты авторам еврейской национальности на «замороженный счет». Исходя из этих распоряжений, «все издатели должны оплачивать авторские права авторам евреям, переводя деньги на их счет в банке, получив от банка подтверждение, что этот счет заморожен».

Посылаю Вам также письмо, полученное от «Фильм GIBE», относительно ваших произведений, оставив себе копию. По сведениям, которые я получил из достоверных источников, экранизация произведения может быть осуществлена только в том случае, если автор — ариец, и это правило действует как в этой зоне, так и в другой. Переговоры на этот счет я могу вести только в том случае, если получу от автора произведения, об экранизации которого ведется речь, документальные подтверждения его происхождения.

30 октября 1941

Ирен Немировски — Роберу Эсменару

Я только что получила Ваше письмо от 27 октября с предложением ежемесячных выплат в 3000 фр. на протяжении 1942 года. Я высоко ценю отношение ко мне г-на Мишеля и горячо благодарю его и Вас; мне бесконечно дорога как Ваша верная дружба, так и материальная поддержка, которую Вы готовы мне оказать. Вместе с тем Вы прекрасно понимаете, что, если эти деньги будут заморожены в банке, я никак не смогу ими воспользоваться.

И у меня возникает вопрос, не будет ли проще при данных обстоятельствах перечислять это ежемесячное пособие на имя моей подруги мадемуазель Дюмо, [22] Ирен Немировски и ее муж Мишель Эпштейн пригласили Жюли Дюмо в Исси-Левек на случай, если они будут арестованы. Она была компаньонкой в семье родителей Ирен Немировски. она живет вместе со мной и является автором романа «Блага этого мира», рукопись которого находится у г-на Сабатье. […]

М-ль Дюмо арийского происхождения и может предоставить все подтверждения на этот счет. Я знаю м-ль Дюмо с детства, и если она имеет право договориться с вами относительно ежемесячных выплат, то я буду находиться на ее обеспечении. […]

13 июля 1942

Телеграмма Мишеля Эпштейна Роберу Эсменару и Андре Сабатье Ирен только что отправлена Питивье (Луаре) — надеюсь возможность срочного вмешательства — пытался не смог дозвониться. Мишель Эпштейн.

Июль 1942

Телеграмма Робера Эсменара и Андре Сабатье Мишелю Эпштейну Только что получили телеграмму. Немедленно действуют сообща Моран, Грассе, Альбен Мишель. С вами.

Тулон С/ Арру 13 июля 1942 — 5 часов [написано карандашом, почтовый штемпель отсутствует]

Любовь моя, я в жандармерии, угощаюсь красной и черной смородиной и жду, когда меня заберут. Главное, сохраняй спокойствие, я убеждена, что долго это не продлится. Я подумала, что можно еще обратиться к Кайо и аббату Димне. А ты что думаешь?

Целую бессчетно моих любимых девочек, Дениза, будь умницей… Тебя и Бабе прижимаю к сердцу, да хранит вас Господь! Я себя чувствую спокойной и сильной.

Если можно будет что-то послать, то вторая пара очков в другом чемодане (в портфеле). Книги, пожалуйста, и, если возможно, немного соленого масла. До свидания, моя любовь!

Четверг утро — июль 42 Питивье [написано карандашом, почтовый штемпель отсутствует]

Любимый мой, обожаемые мои девочки, думаю, что уезжаем сегодня. Мужества и надежды! Вы у меня в сердце, мои любимые. Господи, помоги нам всем.

14 июля 1942

Мишель Эпштейн — Андре Сабатье

Я тщетно пытался связаться с Вами вчера по телефону. Я телеграфировал и Вам, и г-ну Эсменару. Вчера жандармерия увела мою жену. Место назначения, кажется, — концентрационный лагерь Питивье (Луаре). Основания: общие меры, принятые против евреев, утративших право гражданства в возрасте от 16 до 45 лет. Моя жена католичка, и наши дети французы. Можно ли что-то сделать для моей жены?