Питер Мейл - Отель «Пастис»

— Привет сборной! — бодро воскликнул он, показывая бутылку. — Это на потом. Сегодня дорога короткая и крутая — вверх до Мюрса, дальше до Горда и обратно. А потом у меня будет для вас хорошая новость. Allez!

Вздрагивая от прикосновения холодных седел, они сели на велосипеды и тронулись в путь, оставив Генерала запирать сарай. Обгоняя их, он внимательно оглядел каждого. Неплохо. Все пользовались туклипсами, не вихляли, держались свободно. Совсем неплохо.

Через четверть часа легкой ровной езды дорога стала круто извиваться вверх по склону. Генерал остановил машину и вышел на дорогу. Сложив рупором ладони, прокричал:

— Не останавливаться. Двигайтесь медленно, как вам удобно, используйте ширину дороги, идите зигзагом, но не останавливайтесь. Смелее, ребятки, смелее!

Лучше вы, чем я, подумал он, забравшись в машину. Склон Мюрса — это семь крутых извивающихся километров — не то что подъем на Ванту, но вполне достаточно, чтобы вогнать в пот даже в такую погоду. Будет чудо, если сегодня ни один на сойдет. Подождав пяток минут, он тоже двинулся вверх по склону.

Велосипедисты растянулись больше чем на полсотни метров. Одни почти касались носами руля, другие с багровыми от напряжения лицами стояли на педалях. Те, кто еще мог дышать, плевались. Генерал, медленно проезжая мимо, как мог их подбадривал. Проехав половину пути, он прижался к обочине и вышел из машины.

— Осталось всего три километра, — кричал он, когда они ползли мимо него. — После Мюрса все время под гору. Франция вам салютует!

У Башира хватило духу ответить:

— Ступай в задницу со своей Францией.

— Как тебе угодно, — ответил Генерал, — но только не останавливайся. Мужайся, держись!

Он закурил и облокотился на машину, нежась на солнышке. Ни один не встал. Все относятся к делу серьезно.

На пути внизу было далеко видно и слышно, как все семеро радовались, что самое трудное позади. Оставив педали, они разогнули спины, восстановили дыхание, чувствуя, как перестают дрожать ноги, радуясь общей победе, дарили друг другу улыбки и ругательства, выкрикивали непристойности проезжавшему мимо Генералу и, как настоящие профи, лихо промчались по Горду. Совсем другое дело после выматывающего кишки подъема.

Вернувшись в сарай, все еще не остывшие от возбуждения, которое часто следует за неимоверными физическими усилиями, они пустили бутылку по кругу, вспоминая, каково пришлось легким и ногам.

— Ехали как чемпионы, все до единого. — Генерал, отхлебнув из бутылки, вытер усы. — Обещаю, что в следующий раз будет легче.

— Это и есть хорошая новость? — прокашлявшись, спросил Фернан.

— Нет. Хорошая новость — это то, что я прогулялся в «Кэсс д’Эпарнь», арендовал сейф и огляделся. — Посмотрев на их лица, улыбнулся, заметив, как Клод не донес бутылку до открытого рта. — Нормально, а? Мне бы не хотелось, чтобы вас поджидали неприятные сюрпризы.

— Правильно! — подтвердил Жожо с таким видом, будто ему все известно. — Нормально, факт.

Генерал достал свои наброски и заметки.

— Значит, так…

Когда спустя полчаса они заперли сарай и направились каждый в свою сторону, то почти забыли о натруженных ногах. Это утро придало всем хорошего настроения. Воскресный обед будет съеден с аппетитом.

Лондоном все больше овладевало праздничное настроение. Улицы, как обычно накануне Рождества, забиты транспортом, водители такси без конца бранятся и жалуются. В ответ на увеличившийся поток покупателей из пригородов Лондона Управление железных дорог сократило движение поездов. В «Хэрродсе» задержан вор, пытавшийся выйти в надетых на себя двух костюмах. Арестован водитель за сопротивление дорожной полиции, намеревавшейся отогнать машину с неположенной стоянки. Обещающее начало сезона добрых дел.

В штаб-квартире «Группы Шоу» должностные лица мужественно боролись с расстройством желудка — результат череды обязательных рождественских ленчей с клиентами. Для агентства прошедший год был чрезвычайно удачным, и в кабинетах, создавая атмосферу радостного предвкушения, витали мысли о значительных прибавках к окладам и более солидных автомашинах. Джордан, ожидающий большего, чем остальные, после услышанного от Саймона намека на дальнейшие перспективы, решил закинуть удочку и неторопливо направился по коридору к кабинету Саймона, держа в руках описание того, что, как он полагал, могло бы стать его рождественской премией.

— Есть лишняя минутка, старина?