Сандро Веронези - Спокойный хаос

Две женщины присели за мой столик и начали говорить о школьных делах: о переводах в другую школу; о районо; время от времени одна из них разражается диким, ну просто вульгарным смехом, но, как ни странно, благодаря именно этому смеху она становится чуть-чуть симпатичнее; в ней привлекает то, что она сумела с такой непринужденностью принять свою манеру смеяться, смирилась с ней и не делает из этого никакой трагедии. Я бы даже сказал, что подобно бороде талибана у Жан-Клода, этот смех, напоминающий призывный клич животного, вынуждает отыскивать в его обладателе и другие качества: и я уже замечаю поразительный, сверхъестественный свет, лучащийся в ее зеленых глазах, кажется, что этот свет — проявление какой-то чрезмерной и таинственной энергии, вероятно, что эта энергия питает и ее смех и придает всему облику дикую чувственность. Это даже не красота, а скорее всего ее космическая эволюция: именно таким образом можно произвести эффект на людей высшей цивилизации, отказавшихся от культа красоты. И в результате я не могу не смотреть на нее, и те два или три раза, что она взглянула на меня, дались мне с трудом из-за усилий, которые я прилагал, чтобы смотреть ей в глаза, на мгновение я весь как-то обмяк и растаял: у меня вдруг возникло ощущение какой-то странной текучести, словно все мои защитные силы стали таять и вытекать у меня изнутри, а инстинкт самосохранения растворился в убийственной пассивности, так что перспектива того, что она может, скажем, опрокинуть меня, лишенного сил сопротивляться, на диван и сожрать живьем, не кажется уж такой невероятной. И что самое удивительное, от нее никоим образом нельзя отстраниться, отвлечься, забыть о ней, потому что ее периодически взметающийся смех настигает тебя повсюду, где бы ты ни спрятался, и ты снова ощущаешь на себе ее сверхъестественную власть. Я понимаю, это нелепое ощущение, возможно, связано с перевариванием чизбургера, щедро приправленного различными соусами, который, перед тем как прийти сюда, я проглотил у стойки «Макдоналдса», но у меня такое впечатление, что она не человек , и близость к ней вселяет в меня тревогу за себя и за ее собеседницу, которая подвергается мощному воздействию криптонита, пульсирующего в ее глазах, а она буквально пожирает ее взглядом, поэтому, когда та женщина встает и идет к столу докладчиков, я чувствую облегчение — она спасена. Оказалось, что это президент ассоциации. Она включает микрофон (который то работает, то нет, то свистит, то не свистит, то вдруг что-то в нем зашуршит), приветствует собравшихся, извиняется за задержку докладчицы, которая застряла в дорожной пробке, и начинает рассказывать о будущих мероприятиях ассоциации «Родители вместе»: ужин в Клубе «АРЧИ» в Мельдзо [51] Пригород Милана. в следующую субботу — это второй этап маршрута «Старинная гастрономия и кулинарное искусство Ломбардии»: взрослые — 13 евро, дети до 15 лет — 9 евро. Праздник Хэллоуин в ночь на 31 октября там же в Клубе «АРЧИ» в Мельдзо, ужин — типовое меню — 12,50 евро с человека и спектакль-сказка для детей силами артистов театра «Хинтерленд», а также спектакль кукольного театра, а на десерт — «Сласти или проказы» [52] С 1939 года зародившаяся в Италии традиция: в ночь на 1 ноября — «Праздник всех святых» — дети, нарядившись в маскарадные костюмы, ходят по домам и просят сласти. . А в следующем месяце беседа на тему «Бабушка и дедушка: помощники или проблема?»; только на этот раз место встречи изменено: она состоится в помещении Куартиере, 11 в Вимеркате в 17 часов…

Сейчас Вульгарный Смех повернулась ко мне спиной, лицом к столу докладчиков, наконец-то мой взгляд может свободно побродить по залу, но странным образом у меня возникает чувство неловкости: и не столько из-за моей очевидной непричастности к этому кружку, где все, разумеется, друг друга знают, сколько из-за полного отсутствия одиноких зрителей — мне подобных. Все присутствующие держатся компаниями, вновь прибывающие входят парами или втроем: так что мне даже начинает казаться, что шел я на лекцию, а попал на какую-то вечеринку. Только Вульгарный Смех осталась одна здесь, за моим столиком, но и она пришла вместе с президентшей, как видно, она член оргкомитета, так и есть: сама президент объявляет, что сейчас Летиция, то есть она, подойдет к каждому из собравшихся и возьмет его электронный адрес. Разумеется, она начинает с меня, а мне вовсе не хочется давать кому попало мой адрес, но как я уже говорил, все мои силы, с помощью которых я мог бы ей сопротивляться, растаяли, и все равно, хоть и поневоле, мне приходится его дать: едва она бросает на меня тяжелый, зеленый, криптонитовый взгляд, я мгновенно удовлетворяю ее просьбу. Какого черта. Если и существуют колдуньи на этом свете, то она явно из их числа.