Альфред Кох - Ящик водки. Том 2

— Так ты подай в суд международный, и пусть ту сделку признают недействительной.

— Сначала надо завоевать, а потом в суд подавать. А пока суд да дело, будем пользоваться. Причем в Крыму все рады будут. И Одессу заодно забрать.

— То есть вот какие вопросы надо было решать в 89-м году.

— Да. А Калининградскую область — снова возвращаюсь к этому вопросу — надо вернуть, у кого забрали. Это не наше. Это — очевидно, не наше, и оно нам на хер не надо. А Крым — наш и нам нужен. Верните нам. Я за справедливость.

— Так… Что еще в 89-м? Риббентроп — Молотов.

— Тут, кстати, недавно Жирик орал, что надо с Гитлером объединиться и весь мир завоевать.

— Это, кстати, не его мысль. Она не новая. Давно уже все поняли, что если б русские объединились с немцами, то они бы сделали всех. А почему они не объединялись и все время воевали между собой, причем непонятно из-за чего? Я тебе скажу.

— Ну.

— А потому, что это поняли очень серьезные ребята, у которых у самих была серьезная империя, размером с полмира — англичане. С сильнейшей дипломатией и замечательной разведкой. Так вот, огромные ресурсы были задействованы Британией для того, чтоб ссорить нас с вами. Стравить любой ценой.

— Но не всегда это удавалось.

— Однако пару раз удалось по полной.

— Не, ну когда матушка Елизавета померла и на престол взошел Петр III, он быстренько порвал с французами и австрияками, заключил с Фридрихом Великим мир, и Фридрих тут же отымел всех — хотя он до этого семь лет проигрывал войну. И английская разведка, которая в то время поддерживала Пруссию, обосралась. Англия не хотела союза, она хотела вечной войны в Европе, чтоб тем временем заниматься экспансионизмом по всему миру.

— Вот, видишь, мы с немцами потому только смогли тогда замириться, что английская разведка, как ты говоришь, поддерживала Пруссию. А когда перестала поддерживать… Очень досадно, что судьбы России решала иностранная спецслужба — эта вот английская разведка. Неприятно думать об этом, но похоже, что так…

— Был еще один случай — Тильзит. Когда Россия присоединилась к континентальной блокаде.

— Маленький частный случай.

— Да. Удержаться долго Россия не смогла. Вышла из континентальной блокады. И потому Наполеон вынужден был напасть на Россию… Стандартная историография умалчивает, что Наполеон напал на Россию не потому, что ему так уж хотелось с нами воевать — а потому, что она вышла из блокады Англии! Александр Первый нарушил собственное слово. Дело в том, что экономика России от участия в блокаде сильно пострадала. Ведь Англия была большим рынком сбыта для многих товаров русских. Там мы, кстати, покупали и оборудование. И вот, увидев очевидные экономические убытки, Александр Первый вынужден был выйти из блокады. И Наполеон его на этом поймал.

— Вот, опять эта долбаная Англия. Стоит у нас, как кость в горле. Риббентроп — Молотов — это была попытка все-таки соблюсти вековые интересы России и договориться с немцами.

— А ты, кстати, как относишься к теории Виктора Суворова относительно того что…

— …очень верю. Сталин сам хотел напасть!

— …что это был превентивный удар.

— Ну да. Несмотря на официальные возражения Суворову, мне его позиция кажется более сильной. Его аргументы мощней.

— Убийственней.

— Откуда у нас перед войной взялось столько парашютистов, в каждом парке была парашютная вышка! При том что для оборонной войны столько десантников не нужно.

— Раз.

— И карты почему у наших были европейские… А не свои. И потому наши от границы отступали вслепую.

— А лозунг «Война на чужой территории»? Это два.

— И плакаты были до войны отпечатаны — «Родина-мать зовет». И сапоги кожаные нашим тогда выдали, чтоб не стыдно было по Европе гулять.

— Это три. Я все это помню.

— Да и Ленин говорил открыто — мировая революция нужна. Экспорт революции же был в белую запланирован.

— Да вот еще аргумент, который и без Суворова известен: армия попала в плен в первые дни. Она стояла вся на границе. Для чего она там стояла? Отмобилизованная, с подтянутыми обозами? Оборонительную войну собиралась вести?

— И Сталин в начале войны объявил, что раз она началась, то он устроит во всей Европе социализм. Это даже в советских источниках было. И Суворов нам также напомнил, что День победы стал выходным днем только после смерти Сталина. А тот даже парад не принимал — результат войны он победой не считал. Ну, чисто в военном смысле он победил, но поставленных задач не решил. Какая ж тогда победа… Так что тот пакт — это была попытка реальной политики: договориться с немцами и всех уделать.