Сол Стейн - Другие люди

— Как мадера? — спросила я.

— Бесподобная.

Тут я занялась им, в надежде, что смогу доставить ему хотя бы половину того удовольствия, что получила от него. И когда наступил момент нашего первого слияния, когда он уже лег на меня, я увидела изумление в его глазах, ибо внезапно выяснилось, что он ничего не может.

— Все потому, что меня изнасиловали, — заметила я.

— Нет, нет, — он замотал головой. — Клянусь тебе. Не в этом дело.

— Тогда в чем же?

— Не знаю.

Отчаяние охватило меня. Я попыталась возбудить его всеми известными мне способами. Чем больше я прилагала усилий, тем менее заметной была ответная реакция. Наконец, я упала на спину, признавая свое поражение.

Он зажег сигарету, предложил мне. Я не отказалась.

— Я думала, у вас много женщин.

— Было много.

— Такое случается часто?

— Впервые за все годы.

— Почему же я оказалась исключением? — спросила я и тут же добавила, что напрасно я это сказала, поцеловала его, но он словно этого и не заметил.

— Мы можем найти массу причин, но никогда не узнаем, какая истинная, а потому давай откажемся от поисков.

— В следующий раз все получится, — заверила его я.

— Знать бы наверняка, — вздохнул он.

Потом мы немного поспали. Я, во всяком случае. Когда я открыла глаза, он сидел, подложив под спину две подушки, уставившись в никуда.

А я-то думала, что для него нет ничего невозможного.

Профессионалом должно называть человека, который делает то, что ему поручено, на высшем уровне. В Осуэго мы не видели настоящего бейсбола. Телевидение появилось после того, как я уехал оттуда, а радиорепортажем подробности игры не передашь, бейсбол надо смотреть. Перебравшись, наконец, из южной глубинки на окраины Нью-Йорка, я отвел душу, приходя на стадион два-три раза в месяц. Билеты стоили недорого, и можно было посмотреть игру с девушкой без боязни разориться, да еще прикупив ей и себе булочку с запеченной котлетой.

Однажды «Янки» играли с Миннесотой, но я могу и ошибиться, мы сели рядом с профессиональным крикуном. Вы знаете, есть такие ярые болельщики, что поощряют и дают указания игрокам своей команды и честят на все лады соперников. Крикуну не сиделось. Он постоянно вскакивал с воплями: «Задай им перцу, Джо!» или «Врежь им, Фредди!» или «Да ты слеп, как летучая мышь!» То был первый сезон молодого слоггера, [19] Игрок, бьющий по мячу. которого только взяли в команду из юниоров. «Янки» использовали его только на замену или в случае чьей-то травмы. И вот впервые он вышел в основном составе, пятым подающим.

Естественно, первый блин вышел у него комом. Игру он смазал. А крикун прокомментировал его неудачу такой вот фразой: «Да у него просто не стоит!»

Вот почему мне вспомнился этот случай. В суде меня ждали два разбирательства. В то утро я пожалел, что у меня нет партнера, которому я мог поручить хотя бы одно из них, или помощника, на которого я мог бы положиться. О суде не думалось. В голове роились воспоминания о бейсбольной игре и комментариях крикуна. О Франсине и моей вчерашней ночной неудаче.

Я попытался уговорить судью перенести на неделю разбирательство дела Коннолли. Но, если уж все пошло наперекосяк, хорошего ждать не приходится. Судья Брэктон, который всегда с пониманием относился к моим просьбам, впервые подвел меня, точно так же, как мой корешок.

Коннолли обвинялся в вооруженном ограблении бензоколонки. Вину свою он отрицал. Он уже успел побывать в тюрьме, а потому его привезли в участок, поставили в ряд еще с несколькими мужчинами, и Уилсон, владелец бензоколонки, опознал его. К счастью, мне удалось переговорить с двумя детективами, которые присутствовали при опознании. И по Уилсону у меня подобрался кое-какой материал. Так что на перекрестном допросе я намеревался размазать его по стенке. Возможно, потому что тот, как и Козлак, работал на бензоколонке. Возможно, потому, что я не попал туда, где побывал Козлак.

Суд не затянулся. О-пи поставил Уилсона перед присяжными и заставил его рассказать, как произошло ограбление. Обычная практика. Он обесточил насосы, включил ночное освещение, запер двери и уже садился в машину, когда из темноты появился мужчина, ткнул чем-то ему в бок и прорычал: «Дай мне бумажный пакет». Не знаю почему, но многие владельцы бензоколонок уносят дневную выручку в бумажных пакетах.

Чтобы вызвать сочувствие к Уилсону, О-пи попытался дать ему возможность сообщить присяжным о том, что его уже дважды грабили в текущем году, но я запротестовал, и судья меня поддержал. Затем пришла моя очередь задавать вопросы.