Рохинтон Мистри - Дела семейные

— Пусть слова папиного отца навсегда запомнятся вам, — сказала Роксана. — Понятно?

— Да, мама, — сказал Джехангир.

— А ты, Мурад?

Он кивнул.

Тишина в квартире. Семья заснула уже с час назад, и вдруг Нариман заговорил.

Роксана молила Бога, чтобы отец умолк, прежде чем проснется Йезад.

Но отец повысил голос:

— Ты позоришь само понятие отцовства! Когда ты называешь шлюхой женщину, которую я люблю, когда ты называешь этот дом ранвадой, борделем, потому только, что я пригласил ее в гости, я теряю всякую надежду найти общий язык с тобой!

Йезад вскочил с кровати.

— Он сказал ранвада ?

— Тише! Он, видно, спорит из-за Люси со своим отцом…

— Но ребенок не должен слышать такие слова!

— Не волнуйся, Джехангир спит.

— Ты проверяла?

Роксана на цыпочках подошла к двери и улыбнулась: сын крепко спал.

— Господи, что еще выкрикнет твой отец? О жизни Наримана Вакиля роман можно написать, но она у него отнюдь не детская сказочка.

Он улегся на спину, ворча, что теперь ему до утра не заснуть. Она положила руку на его грудь, погладила по волосам, убаюкивая, как ребенка.

Голос Наримана перешел в тихое бормотание. Джехангир внимательно слушал, подперев голову рукой. Он был доволен, что вовремя закрыл глаза и мама не заметила, что он не спит. Не хотелось ему пропустить ни слова из дедушкиных разговоров во сне, это единственный способ что-то узнать. Потому что каждый раз, когда он спрашивает родителей, ему советуют не совать нос во взрослые дела.

— Сойди с парапета, любовь моя, — умолял дедушка. — Прошу тебя, Люси, на парапете не поют. Сойди вниз, дорогая моя, стань рядом со мной, и мы споем вместе…

Дедушка волновался все сильнее.

— Мне страшно. Люси, сойди с парапета, любимая…

Джехангиру тоже было страшно, что дедушка опять разбудит папу. Может быть, взять дедушку за руку, как дедушка его брал в ту ночь, может быть, дедушка успокоится…

Но дедушка тихонько запел: «О прошлом тоскуя, мы вспомним о нашей весне…» Наверное, Люси его послушалась. Джехангир опустил голову на подушку и стал задремывать под тихое пение, так и не поняв, на каком парапете стояла та девушка и почему дедушка так испугался?

Джехангир изучал свое отражение. Изменилось что — нибудь в его наружности? Он знал множество историй о том, как постыдные тайны сказываются на внешнем облике — кожа покрывается прыщами, чернеют ногти, выпадают волосы.

Двадцать рупий, спрятанные в кармане, истерзали его. Как пустить в ход деньги и не попасть в беду? К счастью, лицо, отраженное в зеркальной дверце отцовского шкафа, выглядело как обычно.

С кухни донесся грохот — взрыв, куда более громкий, чем обычные свистки или хлопки скороварки. Джехангир ринулся смотреть. Мать закричала: «Стой где стоишь, приближаться к плите опасно!» Сама она застыла в непосредственной близости к чудовищу, плюющемуся паром и кусочками пищи. Первый мощный выброс оставил следы на стене и потолке.

Джехангир стоял в коридоре, не в силах отвести глаза от скороварки. Он и услышал звонок в дверь и побежал открывать — мать не слышала. В дверь ворвалась тетя Дейзи и сразу бросилась на кухню.

— Выключить плиту! — скомандовала она.

Мать подскочила от ее голоса.

— Дейзи!

— Немедленно выключить! — И, не дожидаясь, схватила кухонное полотенце, обернула им руку, другой рукой прикрыла лицо, наклонилась и подобралась к плите.

«Прямо как ковбой, когда готовится клеймить скот», — успел подумать Джехангир.

Дейзи рывком повернула ручку. Газ выключен.

— Теперь ведро холодной воды, — распорядилась она и вылила воду на скороварку.

Чудовище усмирено.

— Спасибо, спасибо, — говорила мама, обмякшая после пережитого. — Я понять не могу, как это случилось, я всегда так осторожна, все было хорошо, я отошла к папе…

— Бывает, — успокоила ее тетя Дейзи, — как только я услышала фортиссимо трубы, я поняла, что взорвалась ваша скороварка.

Она отступила на шаг, обозревая результаты.

— Чистый Джексон Поллак, — заметила она.

— Что? — переспросила мама.

— Современное искусство. А что в кастрюле было?

— Желтая чечевица и томатный соус.

— Красивое сочетание цветов, — одобрила тетя Дейзи.

Джехангир возвратился в маленькую комнату, к зеркалу, в которое раньше гляделся. Открыл дверцу шкафа, выдвинул ящик, где мама держала свои конверты. А что, если просто сунуть деньги в один из конвертов? Мама найдет деньги, подумает, что это из папиной зарплаты, и потратит их.