Джек Лондон - Cердца трех

Клокочущая вода с шумно вырывающимися наружу пузырьками воздуха, указывающими на высокое давление снизу, не ослабевая, продолжала бить фонтаном. Леонсия первая заметила, что воды на полу стало больше.

— Скоро она дойдет нам почти до колен, — сказала она Фрэнсису.

— Пора выбираться отсюда, — ответил он, оценив положение. — План стока был, вероятно, великолепен. Но оползень у входа в скалу, очевидно, преградил путь стекающей воде. Другие проходы расположены ниже, и поэтому вода там наверняка стоит выше, чем здесь. Но и здесь она поднимается до того же уровня. А другой дороги наружу нет. Идемте!

Доверив Леонсии идти впереди, Фрэнсис схватил за руку впавшего в апатию жреца и потащил его за собой. Когда они дошли до того места, где проход заворачивал, уровень воды поднялся выше колен. На входе в зал мумий воды было уже по грудь.

Из бурлящей воды, лицом к лицу с изумленной Леонсией, появилась покрытая шлемом голова и закутанное в древний плащ тело мумии. Одно это еще не удивило бы ее, ибо водоворот сбил с ног, повалил и уносил все мумии. Но эта мумия двигалась, шумно дышала и живыми глазами уставилась на девушку. Зрелище вторичной агонии четырехсотлетней мумии оказалось противным человеческой природе. Леонсия закричала, бросилась вперед, а затем кинулась бежать в обратном направлении. Фрэнсис, ошарашенный этим чудом, вынул свой револьвер, и в этот момент Леонсия пробежала мимо него. Между тем мнимая мумия, найдя в стремительном потоке опору для ног, закричала:

— Не стреляйте! Это я, Торрес! Я только что вернулся от наружного входа. Что-то случилось. Выход загражден. Вода выше головы и выше входа, рушатся скалы.

— А для вас путь закрыт и в этом направлении, — сказал Фрэнсис, наводя на него револьвер.

— Теперь не время ссориться, — ответил Торрес. — Мы должны прежде всего спасти свою жизнь, а уж потом будем ссориться, если это так необходимо.

Фрэнсис заколебался.

— Что с Леонсией? — задал хитрый вопрос Торрес. — Я видел, как она пробежала назад. Может быть, она сейчас в опасности?

Оставив Торреса и таща за руку старика, Фрэнсис направился по воде назад, в зал идолов; Торрес следовал за ним. При виде его Леонсия снова закричала от страха.

— Это всего лишь Торрес, — успокоил ее Фрэнсис. — Он чертовски напугал и меня, когда я его увидел. Но это не дух, а живой человек. И если пырнуть его ножом, брызнет кровь. Пойдем-ка, старик. У нас нет ни малейшего желания утонуть здесь, как крысы в ловушке. Тайны майя еще не все раскрыты. Прочитай, что говорят узлы, и выведи нас отсюда.

— Путь лежит не наружу, а внутрь, — дрожащим голосом возвестил жрец.

— Нам все равно, как идти, только бы выбраться отсюда. Но что значит «внутрь»?

— «От уст Чии к уху Хцатцля», — был ответ.

Страшная, чудовищная мысль вдруг осенила Фрэнсиса.

— Торрес, — сказал он, — у этой каменной дамы во рту есть ключ или что-то в этом роде. Вы ближе всего к ней. Засуньте-ка руку и достаньте оттуда то, что там есть.

Когда Леонсия поняла, какого рода месть задумал Фрэнсис, у нее перехватило дыхание. Торрес не обратил на это внимания и бодро зашлепал по воде, направляясь к богине, со словами:

— Чрезвычайно рад быть вам полезным.

Но тут уважение Фрэнсиса к честной игре взяло верх. Вплотную подойдя к идолу, он резко крикнул:

— Стойте!

И Торрес, смотревший на него сначала с недоумением, понял, какой участи он избежал. Фрэнсис несколько раз разрядил свой револьвер в каменный рот богини, не обращая внимания на жалобный возглас жреца: «Святотатство! Святотатство!» Затем, обмотав курткой руку до плеча, Фрэнсис запустил ее в рот идола и вытащил за хвост раненую ядовитую змею. Широко размахнувшись, он размозжил ей голову о камень.

Опасаясь, что внутри может оказаться еще одна змея, молодой американец снова обернул руку и засунул ее внутрь; он извлек оттуда небольшой предмет, по форме и величине подходящий к отверстию в ухе Хцатцля. Старик указал на ухо, и Фрэнсис вложил ключ в замочную скважину.

— Похоже на автомат, выбрасывающий шоколадные конфеты, — заметил он, когда ключ провалился в отверстие. — Посмотрим, что будет дальше. Остается надеяться, что вода внезапно схлынет.

Однако поток продолжал бить вверх с неослабевающей силой. С возгласом изумления Торрес указал на стену, часть которой, по-видимому, вполне прочная, медленно поднималась.

— Путь наружу, — сказал испанец.

— Внутрь, как сказал старик, — поправил его Фрэнсис. — Но как бы то ни было — двинемся.