Джек Лондон - Cердца трех

Она опустилась на свое ложе и, усадив Фрэнсиса подле себя, замерла в ожидании. Бедный юноша, которому так неожиданно приказали любить, был не в силах вызвать по принуждению любовь в своем сердце.

— Разве я не прекрасна? — спросила его царица, немного помолчав. — Разве ты не так же безумно жаждешь обнять меня, как я жажду твоих объятий? Никогда еще мужские уста не касались моих. Что такое поцелуй — поцелуй в уста? Когда ты поцеловал мою руку, я испытала неизъяснимое блаженство. Твои губы поцеловали не только мою руку, но и мою душу. Мне казалось, что мое сердце билось в руке под прикосновением твоих уст. Разве ты не чувствовал его?..

— Итак, — говорила она полчаса спустя, сидя рядом с ним на ложе, — я рассказала тебе то немногое, что мне известно о самой себе. О своем прошлом я знаю только то, что мне о нем рассказали. Настоящее ясно вижу в моем Зеркале Мира. Будущее я тоже могу видеть, но только очень смутно, и не всегда понимаю то, что вижу. Я родилась здесь, так же как моя мать и мать моей матери. Каким-то образом случалось, что в жизни каждой царицы был мужчина. Порой они приходили сюда, как и ты. Мать моей матери — так рассказывали мне — покинула нашу долину, чтобы найти себе мужа, и отсутствовала долгие годы. Таким же путем ушла в большой мир и моя мать. Тот тайный путь, где давно умершие конквистадоры охраняют тайны майя и где стоит Де-Васко, чей шлем нагло похитил этот Торрес, — этот путь хорошо мне известен. Если бы ты не пришел, я должна была бы пойти этим путем, чтобы найти тебя, ибо ты был предназначен мне судьбой, и наша встреча была неизбежна.

Вошла женщина, за которой следовал копьеносец, и Фрэнсис с трудом мог понять последующий разговор, который они вели между собой на староиспанском языке. Царица передала ему смысл этого разговора. Лицо ее выражало гнев и в то же время радость.

— Мы должны сейчас же отправиться в Большой Дом для свадебной церемонии. Жрец Солнца упрямится, не знаю почему. Быть может, из-за того, что ему не позволили пролить вашу кровь на его жертвенном алтаре. Он очень кровожаден. Хотя он и верховный жрец Солнца, в нем мало мудрости. Мне только что донесли, что он пытается настроить народ против нашего брака. Жалкий пес!

Она крепко сжала кулаки, лицо ее приняло решительное выражение, а в глазах сверкнул царственный гнев.

— Я заставлю его повенчать нас по старинному обряду перед Большим Домом, у алтаря Солнца.

— Фрэнсис, еще не поздно переменить решение, — уговаривал друга Генри. — Пойми же, это несправедливо. Ведь это я вытянул короткую соломинку. Разве я не прав, Леонсия?

Леонсия не отвечала. Они стояли перед толпой собравшихся у алтаря Погибших Душ. Царица и жрец Солнца находились в Большом Доме.

— Вам не хотелось бы, чтобы Генри женился на ней, не правда ли, Леонсия? — спросил Фрэнсис.

— Да, но не хотелось бы, чтобы женились и вы, — сказала Леонсия. — Единственный человек, которого я не прочь видеть ее мужем, — это Торрес. Я не люблю ее, и мне будет неприятно, если кто-то из моих друзей станет ее мужем.

— Да вы просто ревнуете, — заметил Генри. — А между тем Фрэнсис, кажется, не слишком опечален своей судьбой.

— Она совсем неплохая женщина, — заявил Фрэнсис, — к тому же я умею подчиняться своей судьбе если не с хладнокровием, то во всяком случае с достоинством. И знаешь, что я скажу тебе, Генри, раз ты так на этом настаиваешь: она не согласилась бы выйти за тебя, если бы ты даже просил ее.

— Я в этом совсем не уверен, — быстро начал Генри.

— Спроси в таком случае ее, — вызывающе сказал Фрэнсис. — Вот она, посмотри-ка на нее. По ее глазам видно, что происходит что-то неладное. И жрец мрачен как туча. Пойди же, предложи ей стать твоей женой, и ты увидишь, как она тебя примет.

Генри упрямо кивнул головой.

— Ну и пойду — не для того, конечно, чтобы показать тебе, какой я покоритель женских сердец, а просто ради справедливости. Я не должен был принимать твою жертву и теперь хочу попытаться поправить дело.

Прежде чем Фрэнсис успел ему помешать, он подошел к царице и, отстранив от нее жреца, заговорил с ней. Царица засмеялась, но выслушала его. Смеялась она не над Генри — смех означал ее торжество над Леонсией. Без тени сомнения отклонила она предложение Генри. Затем царица в сопровождении жреца подошла к Леонсии и Фрэнсису, а за ними по пятам следовал Генри, изо всех сил стараясь скрыть радость, которую принесла ему его неудача.

— И что ты теперь скажешь? — обратилась царица к Леонсии. — Генри только что просил меня стать его женой, и это сегодня четвертое предложение. Ну разве не любят меня мужчины? Разве у тебя было когда-нибудь четверо влюбленных, которые все стремились бы жениться на тебе в день твоей свадьбы?