Эдмундо Пас Сольдан - Бред Тьюринга

Однажды ночью он познакомился с аватаром по имени Ирис. Слегка мужеподобная внешность, военные ботинки, челюсть немного выдается вперед. Он пригласил ее в бар на Бульваре. Она согласилась с условием, что каждый платит за себя. Никто никому ничего не должен. "Уже нельзя быть галантным с женщиной, даже в Плейграунде", – думает Кандинский. Ему хочется сказать это вслух, но он молчит, опасаясь нарушить правила. И вот, едва представившись, Ирис сразу берет быка за рога.

Ирис.Глобализаиия – это рак, который разрушает мир, а Плейграунд – один из основных симптомов этого рака, созданный для того, чтобы люди, развлекаясь у мониторов, уходили от реальности, не отдавая себе отчета в том, что происходит вокруг них. Нужно обособиться от этого и уйти жить в кибергосударство.

Кандинский.Мы должны протестовать.

Ирис.Это не решение проблемы. Империя пресекает протесты, чтобы иметь абсолютную власть.

Кандинский.Если тебе так не нравится Плейграунд, зачем ты приходишь сюда?

Ирис.Прогулка с ознакомительной целью. Всегда лучше знать врага.

Их разговор не может продолжаться долго. Появляются полицейские Плейграунда, знакомят Ирис с ее правами и лишают доступа в систему на девять дней. Ирис исчезает с экрана, выкрикивая свои призывы.

Кандинский глубоко задумывается над ее словами, они задевают его за живое.

Спустя десять дней он снова встретится с Ирис. Они договариваются встретиться, но уже не в Плейграунде, а в приватном чате в Интернете.

Кандинский.Спасибо, что опять появилась. Твои слова заставили меня задуматься.

Ирис.Я почти ничего не сделала. Не выношу рекламу в любых ее проявлениях.

Кандинский.Без нее не обходится даже в сети.

Ирис.Я говорила тебе, что для ухода от всего этого и создаются кибергосударства, вневременные зоны. Пиратские утопии.

Кандинский. Пиратские утопии?

ИрисДа, как это делали пираты в XVIII веке. Далекие острова, где грабили корабли. Там не существовало денег, и все жили вне закона и вне государства. Такие острова есть и в сети.

Кандинский.В наши дни невозможно жить вне закона и вне государства.

Ирис.В реальном мире – невозможно, а в кибергосударствах все иначе. Общества, где царит криптоанархия. Я живу в одном из таких. Приходи во Фредонию.

Кандинский.Рано или поздно придет закон.

Ирис.В пиратских утопиях есть виртуальные законы. Виртуальные судьи, виртуальные свидетели. Но это институты, уважающие моральную автономию человека; они действуют справедливо, а не так, как это происходит в реальном мире. Важно то, что они созданы недавно, но будут существовать всегда: для правительства такие вневременные зоны не представляют интереса.

Кандинский.Анархия ни к чему не приведет.

Ирис.Мы не поджигаем банки и магазины; мы никого не свергаем. Анархия – это уважение к возможностям и интересам индивидуума. Благодаря новым технологиям и силе государств-наций, созданных в сети, мы сможем овладеть виртуальным пространством, и наступит криптоанархия.

Кандинский посетит Фредонию, и ему понравится, что ее обитатели имеют большую свободу действий, создавая и меняя виртуальную реальность по своему усмотрению.

Он узнает, что в сети существует около 350 подобных государств-объединений, каждое со своим государственным и общественным устройством. Он сам проживет во Фредонии полтора месяца. Они с Ирис так и не познакомятся лично, но все это время он будет влюблен в нее; они будут жить вместе в виртуальном доме и даже иногда планировать завести детей.

Но однажды утром он проснется и скажет себе, что все это было пусть и прекрасным, но все же сном. Он распрощается с Ирис и поблагодарит ее за то, что она указала ему путь. Теперь у него тоже есть пиратская утопия: нужно делать то же, что и Ирис, но в реальном мире. Поставить Плейграунд на колени, завладеть не только виртуальным, но и реальным пространством. Существует реальное государство – и корпорации, с которыми надо бороться. А уединение в сети никому не поможет.

Как-то раз в воскресенье в ванную к нему внезапно ворвалась Лаура. После короткой, но бурной схватки (казалось, крыша ходила ходуном) он добьется своего, а затем она выскользнет из его рук и тихонько скроется.

Через некоторое время, еще ощущая кожей прикосновение девушки, Кандинский вновь взломает "Сити-банк". В этот раз он не будет воровать номера кредитных карт. Он разрушит их приветственную картинку и поместит на ее месте фото Карла Маркса и надпись, призывающую к сопротивлению.