Клас Эстергрен - Гангстеры

Итак, в августе жителям Стокгольма было разослано полторы тысячи формуляров из Института Лангбру. Отбор адресатов производился очень тщательно, но о принципах выборки я узнал лишь в общих чертах, специально поинтересовавшись. Несмотря на коммерческую тайну, Конни был явно готов к более подробному изложению. В начале и в конце работы использовались приемы, первый из которых позволял выделить наиболее репрезентативную группу респондентов, второй — обработать их ответы для получения среднего результата. В том, что происходило на промежуточных стадиях, разберется далеко не всякий профессор, так что я в это даже не вникал.

На заполнение формуляра отводилось три недели, и ответы поступали по почте в соответствии с привычным графиком, пусть и не без отклонений, которые, впрочем, также были предусмотрены. Ответы, полученные в течение трех недель, являли собой достаточную для обработки массу, что в свою очередь считалось доказательством правильного отбора адресатов.

— Даже люди, которые ни за что не стали бы свидетельствовать в суде с риском для собственной жизни, отвечали на каждый вопрос…

Во время обработки первичных данных приходили новые ответы, которые подняли квоту даже выше обычного.

— Видно, вопросы о телевидении были на редкость хороши…

В обычный октябрьский четверг Конни рассматривал почти готовый, за исключением одного комментария, результат исследования готовности шведских граждан исполнять свой долг, свидетельствуя в суде, несмотря на личные угрозы со стороны обвиняемого. При сопоставлении с результатами более ранних исследований новые данные казались весьма удручающими.

— Готовность поддержать закон и правопорядок значительно снизилась, — сказал Конни. — Я помню, что именно эта фраза прозвучала у меня в голове, когда зазвонил телефон. На дисплее высветился незнакомый номер, и я решил дождаться включения автоответчика. Я не хотел, чтобы меня беспокоили, пока работа не окончена. Но все же ответил. Лучше бы я этого не делал. А может… Не знаю.

Он сделал глоток холодного черного кофе.

— Наверное, я буду думать об этом всю оставшуюся жизнь. Правильно ли поступил, взяв трубку. Ведь я ничего не подозревал.

Телефон в офисе имел одну особенность, которая, вероятно, отчасти повлияла на ход событий. Он был подключен к Интернету, и вследствие одной из детских болезней цифровой техники слова говорившего иногда звучали в неверном порядке.

— Голос на другом конце был странный, — сказал Конни. — Мужчина или женщина, старый или молодой… не поймешь. А слова первой фразы поменялись местами.

— Мертв! Я буду мертв! — произнес голос.

— Простите?

— Я хочу говорить с Эрлингом. Я хочу говорить с Эрлингом.

— Здесь нет никакого Эрлинга.

— Эрлинг.

— Простите, вы ошиблись номером, — ответил Конни. — Очень жаль.

Он уже хотел положить трубку, как вдруг услышал:

— Дайте мне умереть! А потом приходите. Институт Лангбру!

— Простите?

Голос повторил:

— Дайте мне умереть!

— С кем я говорю?

— Ты сам знаешь. Скажи Эрлингу…

— Здесь нет людей с таким именем.

— Это мне известно. Нет и никогда не было. Тогда иди к Посланнику, скажи, что кое-кто хочет поговорить с Эрлингом, и он тут же согласится.

— К Посланнику? — повторил Конни. — К сожалению, я не знаю, о ком вы говорите.

— Молодой человек, — произнес голос. — Ты нашел меня и будешь вознагражден за это, как у вас принято… Ты один из ребят Эрлинга, ты далеко пойдешь.

Голос умолк. Конни слышал, как его обладатель тяжко и хрипло дышит. Это было дыхание тяжелобольного.

— Вы больны? — спросил он. — Вам нужна помощь?

— Я умру, и тогда все достанется вам. Но избавьте меня от остального. Дайте мне умереть.

Голос был слаб и напряжен, но последние слова прозвучали с какой-то «умоляющей яростью». Конни не мог положить трубку — неизвестно, из любопытства или из сострадания.

— С кем я говорю? — спросил он.

— Прекрати, — повторил голос.

— Я спрашиваю серьезно.

— А то! Отлично сыграно. Вам и актерское образование дают?

— Нет, — спокойно произнес Конни. — У меня такого образования нет.

— Верю, верю.

— Все дело в том, что вы ошиблись номером.

— Институт Лангбру… — И звонивший прочитал весь адрес без единой ошибки.

— Верно, — согласился Конни.

— Адрес написан на анкете, вместе с кодами. Отличная работа. Послание достигло цели.

Конни снова услышал глубокое, хриплое дыхание.

— Какими кодами?