Ричард Бротиган - Рыбалка в Америке

На следующей странице стоял 1893 год, всего 33 рыбалки, упущено 480 форелей, в среднем 14.5 форели за одну рыбалку.

На следующей странице стоял 1894 год, 27 рыбалок, упущено 349 форелей, в среднем 12.9 форели за одну рыбалку.

На следующей странице стоял 1895 год, 41 рыбалка, упущено 730 форелей, в среднем 17.8 форели за рыбалку.

На следующей странице стоял 1896 год. Алонсо Хэйджен ходил ловить рыбу всего 12 раз и упустил 115 форелей, в среднем 9.5 форелей за одну рыбалку.

На следующей странице стоял 1897 год. Он ходил на одну рыбалку, упустил одну форель, в среднем одна форель за рыбалку.

Последняя страница дневника была посвящена суммарному итогу за 1891–1897 годы. Алонсо Хэйджен ходил ловить рыбу 160 раз, упустил 2,231 форель, и семилетнее среднее число упущенных форелей составило 13.9 за одну рыбалку.

Под итогами стояла небольшая эпитафия Рыбалке в Америке, составленная Алонсо Хэйдженом. В ней говорилось примерно следующее:

Мы ехали по дороге, которая вела от озера Джозефуса мимо Морской Пены дальше вниз. По пути мы остановились выпить воды. В лесу стоял памятник. Я подошел поближе посмотреть, что это такое. Стеклянная крышка люка была приоткрыта, и на ее внутренней стороне висело полотенце.

За стеклом я заметил фотографию. Классическая фотография, я видел их очень много, изображала Америку такой, какой та была в 1920–30–е годы.

Мужчина на снимке немного напоминал Чарлза А. Линдберга [35] Чарльз А. Линдберг (1902–1974) — американский летчик. В 1927 году на самолете, который назывался «Дух Сент–Луиса» совершил первый беспосадочный полет через Атлантический океан. В нем чувствовалось то же благородство, тот же «Дух Сент–Луиса» и воля — только Северной Атлантикой для него стал лес Айдахо.

Он крепко прижимал к себе женщину — одну из тех очаровательных женщин прошлого, которые носили мужские брюки и высокие шнурованные ботинки.

Мужчина и женщина стояли на ступеньках трапа. Всего в нескольких футах от их голов начиналось небо. Люди в те времена любили и умели фотографироваться. На памятнике была табличка.

«В память о Чарли Дж. Лэнджере, главном лесничем национального парка Чаллис, капитане Билле Кэлли и помощнике пилота Артуре А. Крофтсе, погибших недалеко от этого места 5 апреля 1943 года в авиакатастрофе во время поисков потерпевшего крушение бомбардировщика ВВС США.»

О, в горной глуши старая фотография хранит память об этом человеке! Фотография совсем одна. Падает снег — восемнадцать лет, прошедших со дня его смерти. Снег закрывает крышку люка. Закрывает полотенце.

Я часто возвращаюсь к обложке «Рыбалки в Америке». Сегодня утром мы с малышкой ходили туда гулять. Обложку поливали из больших крутящихся разбрызгивателей. В траве валялись кусочки хлеба. Их разбросали специально, чтобы кормить голубей.

Обычно этим занимаются старики–итальянцы. Под струями воды хлеб превращался в кашу и размазывался по траве. Полусонные голуби лениво ждали, пока вода и трава разжуют для них хлеб, и им не придется заниматься этим самим.

Я оставил малышку в песочнице, сел на лавку и огляделся по сторонам. На другом конце скамейки устроился битник. Рядом лежал спальный мешок, а сам он ел пирожки с яблоками. Этих пирожков у него был целый куль, и битник заглатывал их, как индюк. Тоже протест — не хуже пикетирования военных баз.

Малышка играла в песочнице. На ней было сегодня красное платье, и прямо за красным платьем высилась католическая церковь. Между церковью и платьем стоял кирпичный сортир. Он оказался там не случайно. Женщины налево, мужчины направо.

Красное платье, думал я. Интересно, та женщина, что сдала Джона Диллинджера ФБР, тоже была в красном платье? Ее называли «женщина в красном».

Похоже, что так. Платье было красным, и Джона Диллинджера с тех пор никто не видел. Моя дочь играла в песочнице одна.

Песочница минус Джон Диллинджер будет что?