Эми Фостер - Когда уходит Осень

Сильви знала, что ее записи, по сравнению с тем, что писала в своем дневнике мать, были неинтересны, но она не очень переживала по этому поводу. Когда-нибудь она оглянется назад и ей захочется узнать, какие дорожки вели ее в будущее, какой выбор перед ней стоял, и дневник ее, пускай и незрелый, будет драгоценным свидетельством этого.

Она не слышала, как в комнату вошел и встал за спиной отец. Увидев его, Сильви сразу напряглась и вдруг подумала, что ведь они не виделись целый день.

Папочку своего она очень любила. Но в последнее время все больше в нем разочаровывалась. Она терпеть в нем не могла эту его вечную угрюмость и замкнутость. Да и за Сайбан было обидно. Сестра так любила отца, так тянулась к нему, нуждалась в его любви и поддержке, а он после ухода матери целиком погрузился в себя и свою работу. Вышло так, что судьба одним жестоким ударом унесла от Сайбан сразу обоих родителей и основная тяжесть случившегося легла на плечи Сильви.

— Ну как, приготовилась? — спросил Уилл.

— Ага, жду, когда заедет Молли. Лекси придет в гости. Сайбан говорила?

— Да. Даже не спросила разрешения. Просто сказала, и все. Да ладно… — Уилл раздраженно махнул рукой и сел на диван рядом. — Послушай, Сильви, я же понимаю, что значит для тебя этот концерт. То есть я хочу сказать, твоя мать перед тем, как… в общем, она говорила мне, что этот Каллум тебе очень нравится. И я просто хочу, чтоб ты знала: я очень рад за тебя и я всегда тоже счастлив, когда счастлива ты.

Сильви была потрясена. Она ожидала от отца нудной нотации про то, что надо быть осторожной, особенно с напитками.

— Деньги тебе нужны? Может, еще что-нибудь? — спросил он.

— Нет, папа, все в порядке. Ты же положил на мой счет в этом месяце.

— Ну да, но я подумал, может, тебе еще понадобится. Футболку там купить, еще что-нибудь, мало ли…

Сильви не знала, что делать. Она понимала, что такова папина манера подъезжать, но ей хотелось продемонстрировать независимость.

— Папа, честное слово, спасибо большое, но я давно уже копила на сегодняшний вечер.

Отец рассеянно огляделся вокруг и вдруг встал.

— Ну хорошо. Ладно. Я пойду наверх, немного поработаю. Приятно провести время. Увидимся завтра днем. И пожалуйста… не выключай телефон.

Он наклонился и поцеловал ее в лоб.

— Поставлю его на вибрацию и буду все время держать в кармане, — сказала она, улыбаясь ему в спину: он направлялся к двери.

«Может быть, он уже приходит в себя после случившегося», — подумала она.

А скоро появилась и Молли Моралехо. Она не стала утруждать себя стуком: дверь вдруг с грохотом распахнулась, и через секунду Молли сидела рядом с Сильви.

— Ну что, подруга, сбацаем рок-н-ролл?

Молли была так красива, что, где бы ни появилась, все сразу сворачивали шеи в ее сторону. Как и Сильви, она была смешанных кровей, и девушки при первой же встрече почувствовали родство. Отец ее был венесуэлец, ради Молли и ее матери он приложил все старания, чтобы привыкнуть к страшному для него холодному климату Авенинга и странным обычаям его жителей. Но, увы, безуспешно, несмотря на то что до безумия любил свою семью. Жизнь в этом городе не доставляла ему радости, он превратился в мрачного угрюмца и стал плохим отцом. Ему пришлось, хотя и с большой неохотой, вернуться домой, сознавая, что жене и дочери от него нет никакой радости. Молли иногда ездила к нему в гости и еще поддерживала с ним связь по электронной почте и телефону.

От отца она унаследовала красивый оливковый цвет лица и его же угловатые черты. От матери же, ирландки по происхождению, получила копну вьющихся огненно-рыжих волос, свисавших чуть не до самой попы. Поистине вопиющее сочетание, и Сильви не сомневалась, что как минимум половина мужского населения Авенинга влюблена в ее подругу по уши. Внешность Молли кричала так громко, что сама она открывала рот только в случае крайней необходимости. Впрочем, подруги были уже так давно вместе, что понимали друг друга с полуслова, а порой и взгляда было достаточно.

— Я давно готова, — сказала Сильви. — Заждалась уже, думала, ты вообще не приедешь. Давай грузиться.

Она прокричала прощальные слова отцу и сестренке, особенно не надеясь на ответ. Усевшись в машину и врубив музыку погромче, они рванули по Холлигроув-роуд, свернули на Бриджидс-вэй и наконец выехали на трассу. Обе молчали, не желая нарушать чары пленительного пения Каллума. Молли не отрывала глаз от дороги, а Сильви глядела в окно и любовалась природой. Листья на деревьях уже начинали понемножку желтеть. Через месяц, к празднику Хеллоуина, природа наденет осенний наряд и будет великолепна. На паром они поспели как раз вовремя, и, глядя на просторы притихшего открытого океана, каждая думала о своем. Сильви предвкушала сегодняшний вечер, и от волнения у нее кружилась голова.