Рейчел Кинг - Полет бабочек

Томас почувствовал, что краснеет.

— Чепуха какая-то, — пробормотал он.

Эрни повернулся к Пауло, который уже утратил интерес к Джорджу и его жукам.

— Café, — сказал он ему и поднес воображаемую чашку к губам, а потом кивнул на Томаса.

Затем он показал, как дрожат руки и трясется голова. Пауло засмеялся.

— Ele bebeu café demais? Que engraado!

— Совершенно верно, — сказал Эрни. — Слушайте, парни, я думаю, надо поворачивать назад. Скоро будет совсем жарко; полагаю, все наши птицы и насекомые попрячутся в укрытиях, и нам бы тоже не мешало.

Томас бросил долгий прощальный взгляд на голубые пятнышки, скользящие в вышине над деревьями, и отправился вслед за своими товарищами по направлению к дому.

Томас понимал, что всю прелесть первых нескольких дней пребывания в джунглях уже никогда не вернуть. Все неудобства: скрипучий гамак, угнетающая влажность, непривычная еда, приготовленная чернокожим поваром Антонио, которого наняли для них, и даже постоянный натиск комаров и мошек — все это меркло по сравнению с потрясающей красотой тропического леса и теми сокровищами, которые он здесь находил.

Довольно скоро они установили распорядок дня. Вставали на рассвете, пили кофе, который наличествовал в избытке, а затем бродили по лесу в поисках образцов — часов до двух или трех пополудни.

Больше всего Томасу нравилось состояние покоя во время выслеживания какой-нибудь бабочки, когда он мог раствориться в джунглях и в собственных мыслях одновременно. Он никогда не сворачивал с протоптанных тропинок, но иногда умудрялся за целое утро не встретить ни единой души. Изредка он проходил мимо одной хижины у ручья, и все дети туземного семейства выстраивались в ряд и провожали его взглядом.

Даже присутствие поблизости Джорджа, который усердно прочесывал лес в поисках жуков и предусмотрительно присаживался на корточки, чтобы не испачкаться, не нарушало гармонии. Эрни неизбежно взрывал тишину и покой, когда находился рядом — со своими шутками, пальбой из ружья, и ему было совершенно безразлично, что одежда его измазана кровью и потрохами, а что же касается Джона, то он тоже предпочитал искать свои образцы в одиночестве, и зачастую его целыми днями не было видно.

Полуденная жара становилась жестокой, и, пока их соседи спали, чтобы как-то ее пережить, Томас и его товарищи отдыхали в тени навеса над верандой, обсуждая дневные находки, пили кофе и курили сигареты, к которым Томас с недавних пор пристрастился. Именно Эрни поспособствовал этой привычке. Все началось, когда новая команда Джорджа, состоявшая из темноглазых индейских мальчишек, стала охотиться за всякой живностью и таскать все в дом. Джордж им хорошо платил, так что в любое время суток в дверь стучали с криками «Olhaque flor bonita!» или «Uns lagartos pra voces!», и Томас, благодаря ежедневным занятиям португальским языком с Антонио, вскоре уже понимал, что речь идет о цветке или о нескольких ящерицах, собранных или пойманных мальчишками. Однажды они заявились с боа-констриктором в клетке, и Томас без особого удовольствия помог Джорджу поднять клетку на крыльцо.

Эрни стоял рядом, прислонившись к дверному косяку, и курил.

— Какой великолепный таксидермический объект для тебя, Джордж, — отметил Эрни.

Его розовые губы подрагивали под усами.

— Я помогу тебе.

Джордж взял за правило не обращать на него внимания. Пусть Эрни знает толк в набивании чучел и Джорджу пока далеко до него, но ему не нравилось, когда об этом напоминали.

— Куришь?.

Эрни предложил Томасу пачку.

— Ты же знаешь, что нет, — сказал Томас раздраженно: неужели Эрни дразнит его, заметив, что ему не по себе.

При виде боа он представил себе его крепкую хватку у себя на груди, и ему вдруг стало трудно дышать. Он явственно слышал, как с тяжелым свистом сокращаются легкие огромной змеи — подобно кузнечным мехам, а большая черная голова питона, казалось, смотрит прямо на него.

— Успокаивает нервы, старина, — сказал Эрни. — Доверься мне. Я же доктор.

Он вытащил сигарету из пачки и протянул ему.

Томас взял ее и повертел между пальцев. Ему не хотелось, чтобы Эрни думал, будто у него взвинчены нервы, но доктор уже чиркнул спичкой и поднес огонь. Томас для пробы зажал сигарету губами и подождал, когда Эрни коснется пламенем ее кончика. Осторожно сделал вдох, стараясь не испытывать свои легкие глубокими затяжками. Клубы дыма поднялись прямо перед лицом и попали в нос. Он вытащил сигарету изо рта и чихнул.