Рейчел Кинг - Полет бабочек

— Вчера он ходил с ней в церковь и, честно говоря, выглядел так, будто ему вовсе не хотелось там находиться. Он не присоединился ни к одному псалму, ни к одной молитве.

Старик отрывает взгляд от стакана и смотрит на Фейла.

— Это же так понятно, сэр.

— Да, конечно.

Вот идиот. Он решил, что, если обвинит Томаса в недостатке веры, это ему поможет, но, похоже, плохо справился со своей задачей.

— Он избегает общения с прихожанами, хотя многие из них стараются выказывать ему свою доброту.

Уинтерстоун как сидел, так и сидит, только стакан его опустел, и теперь он постукивает ритмично по подлокотнику. Взгляд его устремлен в пол. Фейл ждет, когда он заговорит.

— Зачем вы рассказываете мне все это? — спрашивает старик в конце концов.

«Он сомневается в моих мотивах, — думает Фейл. — Сейчас или никогда».

— Я просто подумал, сэр, что, сообщив вам об этом, мог бы помочь несчастной паре. Я знаю, что миссис Эдгар не желает помещать своего супруга в больницу или другое лечебное заведение. Может, вы, с вашим влиянием, решили бы этот вопрос законным путем. В самом деле, ничего хорошего для вашей дочери не выйдет, если она будет замужем за человеком, который напоминает не что иное, как овощ.

Капитан смеется, но смех звучит тонко, по-девчачьи, и он мгновенно подавляет его.

— К тому же он склонен к насилию. Можно ли ожидать, что человек будет поддерживать вашу дочь, если очевидно, что он сам является для нее тяжким бременем, да еще представляет опасность?

— Капитан Фейл, — произносит Уинтерстоун, — вы намекнули на что-то, когда я видел вас в прошлый раз. Я прямо спросил тогда, что вы имеете в виду. Вы сказали, что с ним какая-то неприятность, и все. Почему вы сразу не рассказали мне всей правды, вместо того чтобы выдумывать какие-то истории о том, что у него сыпь и несколько царапин?

— Я… Я не хотел волновать вас, сэр. И я едва был знаком с вами тогда.

— Вы и сейчас едва знакомы со мной.

— Знаю, знаю. Но я действовал, как мне казалось, в интересах вашей дочери, из самых лучших побуждений.

Уинтерстоун сверлит его глазами. Все идет совсем не так, как планировал Фейл. Они так хорошо ладили за рюмкой коньяка в гостинице «Звезда и подвязка». Но сейчас, правду сказать, он преподнес старику дурную новость, и тот, конечно же, просто потрясен.

Внезапно лицо Уинтерстоуна смягчается, и он грустно улыбается.

— Вы правы, сэр. Моя дочь действительно оказалась в очень неприятной ситуации — хуже не придумаешь. Я подумаю, чем смогу ей помочь. Оставьте свои координаты, и я обязательно свяжусь с вами.

Это намек Фейлу на то, что ему пора уходить — он должен оставить мистера Уинтерстоуна наедине с этим новым знанием.

Вставая с места, он говорит:

— Я должен попросить вас об одном одолжении, сэр. Прошу вас, не говорите миссис Эдгар, что это я известил вас. Это весьма деликатный вопрос, ведь они оба — мои друзья. Мне бы не хотелось, чтобы она думала, будто я что-то замышляю против них. Даже, если это и так, — добавляет он быстро, — я искренне верю, что поступаю так ради их блага.

— Разумеется. Я ничего не скажу. Всего доброго.

— Но откуда ты знаешь, что призраки существуют?

Маленький брат Агаты сидит в постели, с глазами круглыми, как шиллинги.

— Потому что я разговаривала с ними, — говорит Агата. — Бабушка сказала, что у меня талант.

— А в этом доме есть призраки? — шепотом спрашивает Эдвин.

— Они везде, — отвечает она и щекочет его грудь, — Но нет, здесь мы ни одного не видели. Хотя в окрестностях Ричмонда их полно.

— Где, например?

— Например… в Хэм-хаусе [11] Сохранившийся в Ричмонде особняк XVII века. . Ты бывал там. Говорят, есть там один кавалер, который является людям. Стоит им только подумать: «Странно, что за причудливая старомодная одежда на нем», как он…

— Что он?

Эдвин съеживается под одеялом.

Агата снижает голос до шепота, чтобы лучше напугать его.

— Он исчезает, — почти шипит она.

Эдвин нервно хихикает и прячет лицо под простынями.

— Еще, — доносится его приглушенный голос.

— Погоди-ка, — говорит Агата. — А ты слышал об Энни из арки?

Его макушка торчит из-под простыней, и он мотает головой, хотя уже много раз прежде слышал эту историю.

— В проходе под аркой старого дворца есть окно. Там появляется женщина — люди видят ее, когда идут мимо. Она очень печальна, и все проходящие слышат, как она плачет. Но никто никогда ее не видел, разве что только в окне.

Эдвин попискивает.