Григорий Ряжский - Муж, жена и сатана

Сравнительно такими были последние ощущения Черепа и близко к тому — Гоголя. А вообще, эта подозрительно затянувшаяся в доме тишина постепенно размораживала единую нервную систему, спаянную неудобствами и невысказанными проклятиями в адрес чертовой неизвестности. Она же пропаривала коллективную дыхалку, освобождая потерпевших от тугого и колючего диавольского кома, примостившегося внутри всех домашних. Ну и, дополнительно успокаивая, массировала виски — тем из них, у кого они имелись.

Кроме Прасковьи. Та уже ничего не ждала от жизни, кроме самой смерти. Хотела, чтобы кончина ее, если случится до срока, была непременно мгновенной, и чтобы черт об этом обязательно узнал, дабы за смерть эту ему стало совестно и непокойно, как и за все то проклятущее, что этот окаянный с ними творил.

А еще через день Гуглицким включили домашнюю сеть, и она заработала нормально. Ада позвонила пареньку в дырявых штанах с нитками, он снова пришел и бесплатно помог зарегистрировать адрес электронной почты adalev@mail.ru, растолковав, как надо отправлять и получать письма, а также выискивать в сети нужные для жизни сведения про все на земле.

11 июня 1894 года, когда двадцатидевятилетний Алексей Александрович Бахрушин, собрав друзей, впервые продемонстрировал им то, что ему удалось собрать к этому дню, мало кто был удивлен, как Алексей и ожидал. Многие из близкого окружения знали, сколь жаркой сделалась страсть его к собирательству и как горел их ближний друг все последние годы.

А заразил его двоюродный брат, Алексей Петрович. Будучи страстным собирателем, тот и сам не уставал, сочетая дело и влечение, изыскивать отовсюду разные предметы, могущие составить коллекцию общеисторическую или же по более узким интересам, каковые к тому времени точно для себя еще не определил. В доме у них бывали всякие лица: что деловые компаньоны отца и дядьев, что прочий московский люд, многие из которых также имели немалые коллекционерские интересы. С деньгами, какими гости дома Бахрушина могли распоряжаться весьма и весьма вольготно, с их возможностями от многочисленных связей в кругах богатых, известных и порой самых знаменитых персон, такое увлечение нередко переходило в занятие, берущее уже немало времени и средств. Впрочем, кто-то из них интерес свой регулировал, ограничивая себя тем лишь, что обставлял собственный быт диковинками, пришедшими в руки случайно. Другие тратились просто так, забавы ради и глядя на первых. Третьи же, какие больше по купеческому уклону, обходились без особенных умствований, как и без искусств, и догоняли вторых лишь из чистого соперничества, не желая уступать в наличии интересной особенности, могущей привлечь вниманье прекрасных дам. Иными словами, и так бывало, и эдак. Однако домашние разговоры, всякий раз начинаясь одним и другим, наталкивались в ходе застолья на излюбленную тему, сделавшуюся со временем чуть не первейшей.

Так или иначе, коллекционерские интересы лиц, бывавших в доме, передались и Алексею Петровичу. Он тоже захотел собирать: что, почему, как — безразлично, важнее было успокоить в себе утробную тягу к созданию серьезного интереса в жизни.

Завсегдатаем в доме у двоюродного брата числился и другой Алексей — сын Александра Алексеевича, среднего из тройки братьев — мануфактурщиков и благотворителей в знаменитой династии. И коллекционировать он начал, как уже было сказано, под влиянием хозяина дома, Алексея Петровича.

Изначально Алексей Александрович увлекся было восточными редкостями. С превеликим интересом окунулся поначалу в этот далекий от себя мир, но делом этим вскорости переболел. Все ж таки ужасно чужеродным оказалось, далеким от родного, своего. Хотелось другого. Чего — в те годы лишь нащупывалось, определялось, выстраивалось.

Другой попыткой отойти в сторону от культуры своего отечества явился прыжок в направлении французском — история Наполеона Первого. Съездил с отцом в Париж. Тот делами больше отвлекался, Алексей же, находясь в ту пору в состоянии незрелости и избыточного воодушевления, унырнул в поиски исторических чудес в материальном их воплощении. Задумал, как ни странно, отыскать вещи, в которых могли бы отразиться времена Первой республики. Связь того малого, но насыщенного событиями промежутка времени, со многими из его характерностей — политических, вольнодумских, эстетических — с самой вещью, с ее физическим воплощением — это и станет, казалось ему, предметом его изысканий. Исходил торговлю всякую, придавая больше интереса малой форме, сокрытой от глаз. Рынки облазил, лавки, людей разных донимал. Архив посетил, полистал нужное.