Иэн Бэнкс - Мертвый эфир

— Спасибо тебе, бля, огромное. Мне причитается значок или что-нибудь в этом роде?

— Распоряжусь, и к завтрашнему же утру отчеканят памятную медаль.

— Слушай, тебе удалось заткнуть ее гребаную пасть, когда снова зашел разговор о сливе информации, или ты попросту выкинул эту поганую сучку из ее гребаного окна?

— Это было бы оптимально, — кивнул Фил. — Но хватило того, что мы с Буленом пообещали подать в отставку, если она не уймется. А к тому же мне удалось ввернуть пару слов о твоем личном знакомстве с сэром Джейми, так что у нее могло сложиться впечатление, будто, если тебе что не понравится, ты сможешь ему наябедничать во время вашей ближайшей партии в поло.

Я покачал головой, уже не вполне трезвой:

— Готов спорить, она все равно организует утечку.

— Вот уж не знаю. Не хотелось бы накаркать. Но, случись такое, я бы не особенно удивился. Никогда еще не встречал таких упертых, да еще способных мыслить исключительно с точки зрения бухгалтерских таблиц.

— Ну и наплевать. Все в задницу. И ее туда же.

— Гм… только, чур, ты первый.

— Слушай, Фил, можно я у тебя заночую?

— А как Джоу? Снова уехала?

— Ну да. Терпеть не могу спать на барже один.

— Нет, сегодня нельзя. Извини.

— Да ладно, будет тебе.

— Нет, это отпадает.

— Я в опасности! Не бросай меня!

— Заночуешь у Крейга.

— У него в эти выходные гостит Никки.

— Ну и что?

— Их это не устроит.

— Тогда сними номер в гостинице.

— А это не устроит меня. Видишь ли…

— Что…

— Нет, это я так. Ну пожалуйста, Фил, позволь мне остаться. Разреши.

— Сегодня никак нельзя. А кроме того, ты, наверно, уже в безопасности. Ведь они понимают, что теперь ты будешь настороже.

— Вот я и пытаюсь быть как можно более настороже, черт побери! Потому и прошу меня приютить!

— Нет.

— Ну пожалуйста.

— Нельзя.

— Ну почему нельзя?

— У меня остается на ночь подруга.

— Та самая чистюля, которая уволокла пиджак в химчистку?

— А как насчет Эда?

— Он в отъезде.

— Ах да. Совсем забыл. «Уинсомовские» телевизионщики опять звонили. Как раз перед тем, как мы стали расходиться.

— Те, которые звали меня на «Горячие новости»?

— Да. Затея с этим отрицателем холокоста снова актуальна. Запись назначена на вторую или третью неделю декабря, хотя это еще не окончательно.

— Неокончательно. Да уж. Понятно. Но не уходи от темы. Ну давай же. Позволь переночевать. Вы меня даже не услышите. Никто и не догадается, что я там.

— Нет. Переночуй в гостинице или возвращайся на баржу.

— Слушай, приятель, я ведь напуган, чертовски напуган, понимаешь?

— Что ж, такое иногда случается. Нужно перебороть страх.

— Я не хочу ничего перебарывать, слышишь ты, чертов хрен? Я хочу жить!

— И тем не менее.

— Я подумываю о том, чтобы попросить Эда добыть мне ствол.

— О, ради бога…

— Нет, дружище, сожалею, но никак нельзя.

— Ну пожалуйста, Эд!

— Нет. Это дурная идея, Кен. Нечего было даже просить. Давай позабудем, что ты это спрашивал. Смотри лучше, какой вид.

Со вздохом я прислонился спиной к выгнутой стеклянной стенке гондолы. Мы находились на гигантском колесе обозрения «Око Лондона» [82] London Eye — самое большое в мире колесо обозрения (высота 135 м), открыто в 2000 г. на южном берегу Темзы у Вестминстерского моста; 32 кабинки вмещают до 800 посетителей. В хорошую погоду видимость составляет до 40 км. , в одной из его больших яйцевидных кабин, совершающих за сорок минут один оборот. Наша гондола прошла уже две трети пути и теперь медленно снижалась. День выдался яркий, солнечный — настолько, насколько это возможно в конце ноября, — и воздух был чистый, прозрачный. Присутствовали большинство бесчисленных родичей Эда, они хохотали, показывали во все стороны пальцами и вообще развлекались напропалую. Эд оплатил всю гондолу, чтобы не было посторонних. Я и служитель в униформе оказались единственными белыми на борту.

Когда мы начали подниматься, мной овладела тревога: внезапно пришло в голову, что колесо обозрения представляет собой превосходную мишень для атаки террористов. Поддерживающие его сбоку гигантские длинные ноги-штанги — очень похожие, как мне подумалось, на марширующие молоты из «Стены» [83] Имеются в виду анимационные эпизоды Джеральда Скарфа из выпушенной Аланом Паркером в 1982 г. экранизации двойного альбома Pink Floyd «The Wail» (1979). — упирались в твердую землю где-то поблизости от старого здания, в котором прежде размещался Совет Большого Лондона. Они, а также поддерживающие их тросы и тяги вдруг показались мне чудовищно уязвимыми. Господи, подумал я, стоит заложить вон туда бомбу помощнее, и взрыв завалит всю конструкцию в Темзу, через мост от Вестминстера… Но теперь, когда мы опустились уже достаточно низко, моя атипичная паранойя стала понемногу проходить, излеченная пейзажем, начавшим обретать привычную плоскоту. Ниже по течению башни-опоры строящегося Хангерфордского моста, высокие и белые, как бы повторяли основные конструктивные элементы колеса обозрения.