Дарьяна Антипова - Козулька

— Это можно вообще читать? Можно ТАК начинать роман? Мама, это РОМАН! Я должна его писать весь год.

— Но ты же справишься?

— А ты сомневаешься?

— Но ты же сама попросила отдать тебя в литературный класс.

Янка промычала что-то и подняла голову со стола. В щелочку между геранью и занавеской она видела очень замерзшую улицу и соседа, пытающегося попасть в подъезд под жуткими порывами грязно-снежного ветра.

Яна забрала у матери один листик, потрогала остальные записки на столе и протянула обратно вырванный из тетради лист. Мама покорно прочитала и это.

— «На веранде пахло чем-то сладковатым, по-летнему душен был сиреневый закат, отражающийся на всем. Деревья обступали небольшую дачу, где занимались своими делами несколько моложавых, не потерявших свою гордую уверенность и красоту женщин. Одна, в красном халате с темными цветами, морщилась перед маленьким зеркальцем, производя ежедневное священнодействие — выщипывание бровей. „Девчонки, вы не представляете, как мне не хочется мыть эту дурацкую посуду. Когда дети справляют — нас не существует. Зато после… Родительский комитет! Звучит-то как. Не улавливаете связи в созвучии со словом „кандидат“? Нет? Очень зря. Он стремится к миллионам, а мы к безвестной смерти. Или это у меня до сих пор шок после выборов? Лен, ты скоро с пирогом закончишь, а то мы проголодались“». Это продолжение?

— Я не знаю, — хныкнула Янка. Она прижалась к маминому теплому плечу и замерла. Лежать бы так всегда и ни о чем не думать. Только чувствовать, как мамины длинные волосы щекочут щеку, а рука гладит спину. Мама начала медленно раскачиваться из сторону в сторону, обнимая дочку, как в детстве. Потом тихо запела любимую Янкину колыбельную.

Праздник поставили за несколько дней до ее академического концерта, и Яна нервничала. Девочки нарядились как могли. Катя была в простом и сером облегающем платьице, Аня — в длинной черной юбке и кофточке с вырезом. Яна долго стояла у своего шкафа и перебирала вещи. Наконец пришла мама, отобрала у нее джинсы и дала короткое и очень простое черное платье. Она же подобрала ей почти невидимые бусы и даже разрешила накрасить глаза темнее, чем обычно.

Дима с Русланом, как всегда, пришли в джинсах и обычных рубашках. Они стояли отдельно и усмехались, разглядывая девчонок из их класса. И когда Руслан превратился в такого сноба?

Надежда Васильевна долго говорила что-то со сцены. Но Яна ничего не слышала и не понимала. Она теребила край своего платья и поглядывала в сторону Димы. А тот сидел, откинувшись на своем любимом кресле, и смотрел в потолок.

— А откроет наш сегодняшний вечер наша Яна Ларионова с джазовой композицией «Звезды на небе». Музыка Бориса Борисова. Слова Елизаветы Дитерихс.

Как во сне Яна услышала аплодисменты и поняла, что идет к фортепиано, которое специально вытащили из маленького класса в зал. Она закрыла глаза и несколько раз глубоко вздохнула. Не помогло. Она видела, что ее руки дрожат от волнения, а ноги стали ватными.

«Да что же это такое? — в ужасе думала она и пыталась сосредоточиться на клавишах. — Это даже не международный конкурс, это обычный концерт для „своих“. Успокойся… Тихо… Ты справишься, ты справишься, ты — лучшая в музыкальной школе…»

В зале кто-то покашлял, Яна посмотрела в ужасе на толпу и встретилась с Диминым взглядом. Он смотрел на нее без обычного ехидства, а скорее с какой-то надеждой. И от его взгляда все волнения и тревоги тут же ушли. Яна благодарно улыбнулась ему и склонилась над фортепиано.

Старалась отключить мозг, не думать о нотах и бегающих пальцах. Главное, не зациклиться на том, что она может сбиться или забыть, куда ставить палец в следующую секунду. Просто отключить мозг и смотреть на себя будто со стороны.

Вдруг чья-то мама начала подпевать красивым тихим голосом:

Даже Яна не знала этих слов.

Аплодисменты.

Яна встала, слегка поклонилась гостям и вернулась на свой стул у стены. Катя ободряюще толкнула ее плечом. У нее было очень хорошее настроение. А Яна чувствовала, как краска спадает с ее лица и способность соображать возвращается к ней.

Она снова посмотрела на Диму. Он тоже задумчиво бросал на нее взгляды и прикусывал губу.

Объявили спектакль, весь класс дружно поднялся. Кто-то один выходил в середину и что-то декламировал, но Яна облокотилась о подоконник и увидела, что Дима стоит рядом.