Мо Янь - Страна вина

Распахиваются стеклянные двери чайного цвета.

В зале на облицованной стеклянными пластинами колонне он увидел пожилого мужчину жуткого вида, которого поддерживала перемазанная в грязи женщина. Когда до него дошло, что это их с шоферицей отражение, он совсем приуныл и собрался было повернуться и выйти, но к ним с невероятной скоростью скользнул — а казалось бы, ходит вперевалочку — одетый в красное малыш. Послышался его скрипучий голос:

— Господа к нам перекусить или попить чаю? Потанцевать или попеть караоке?

Малыш едва доставал следователю до колена, поэтому одному пришлось задрать голову, а другому нагнуться. Они смотрели друг другу в лицо — большой и маленький. Получалось, что следователь глядит на него свысока, и это помогло на какой-то миг преодолеть мрачное настроение. На лице малыша он заметил какое-то злобное выражение, от которого по спине пробежал холодок. За легкой, исполненной чувства собственного достоинства улыбкой, которой учат весь обслуживающий персонал в ресторанах, озлобленность все равно заметна. Подобно тому, как проступают чернила сквозь низкосортную рисовую бумагу.

— Мы желаем выпить и закусить, — выскочила вперед шоферица. — Я — добрая приятельница вашего управляющего, господина Юй Ичи.

— Я узнал вас, госпожа. — Малыш склонился в глубоком поклоне. — Пожалуйте наверх, в отдельный кабинет.

И повел их за собой. По дороге следователь не переставал дивиться, насколько похож этот шкет на маленьких демонов из «Путешествия на Запад». [153] «Путешествие на Запад» — классический китайский роман о путешествии монаха Сюаньцзана в Индию за буддийскими сутрами; авторство приписывается У Чэнъэню (1500–1582). Казалось даже, что в его широких шароварах прячется лисий или волчий хвост. Их с шоферицей обувь отражалась в начищенных до блеска мраморных плитках пола и казалась еще грязнее. Следователю стало стыдно за свой неприглядный вид. В зале танцевали несколько разряженных женщин в обнимку с пышущими здоровьем мужчинами. Сидевший на высоком стуле карлик в черном фраке и с белым галстуком-бабочкой играл на рояле.

Они поднялись за своим провожатым по винтовой лестнице и вошли в изысканно обставленную комнату. К ним подбежали две крошечные официантки с меню.

— Пригласите управляющего Юя, — сказала шоферица. — Скажите, что пришла «номер девять».

Пока они ожидали прихода Юй Ичи, шоферица, ничуть не смущаясь, скинула шлепанцы и вытерла о мягкий ковер измазанные в грязи ноги. Наверное, оттого, что в комнате было тепло, у нее засвербило в носу, и она несколько раз подряд звонко чихнула. Один раз ей никак было не чихнуть, и она, чтобы помочь себе, задрала голову и подставила лицо под раздражающий свет ламп, сощурив при этом глаза и приоткрыв рот. Этот ее вид следователю не понравился: словно охваченный любовной страстью осел принюхивается к моче ослицы.

В перерывах между чиханием он язвительно осведомился:

— Ты что, в баскетбол играла?

— Апчхи… Что ты сказал?

— При чем здесь «номер девять»?

— Да девятой любовницей я у него была… апчхи!

Наставник Мо Янь, здравствуйте!

Я уже передал Ваши соображения господину Юй Ичи, и он самодовольно заявил: «Ну что? Я же говорил, что он возьмется за мое жизнеописание, вот он и берется». Он добавил также, что двери ресторана «Пол-аршина» открыты для Вас в любое время. Недавно городские власти выделили немалую сумму на его отделку, он работает двадцать четыре часа в сутки, богато обставлен — сплошное великолепие. По самым скромным оценкам он уже достиг уровня трехзвездного. Они тут недавно принимали группу японцев, так эти черти мелкие настолько остались довольны тем, как провели время, что их руководитель написал в журнал «Турист» и дал ресторану очень хорошую рекомендацию. Так что приедете в Цзюго — будете наслаждаться жизнью в ресторане «Пол-аршина», не платя ни гроша.

Что касается посланного Вам рассказа в духе «литературы факта» «Герой в пол-аршина», там уж мое перо погуляло на славу. В своем письме я объяснил, что преподношу Вам это сочинение в подарок, чтобы Вы могли обращаться к нему при написании своих заметок. Ваши критические замечания, наставник, я принял всей душой. Мой недостаток — чрезвычайно богатое воображение, поэтому зачастую я излагаю как ни попадя, отвлекаюсь на что-то побочное и отхожу от основных принципов литературы. Теперь приму к сведению Вашу критику, чтобы взять реванш и писать в соответствии с литературными нормами, вкладывая всю душу.