Иван Кузмичев - Сборник Поступь империи

Как бы то ни было, но политика возобновления строительства хороших дорог, как это было при Иване 3 и Иване 4 начата, а плохо ли это решатся, будет лет через двадцать, когда приезжие купцы смогут с радостью проехать по выложенной магистрали из Архангельска до Азова. Заезжая по пути в разные концы Русского царства. Вот только расходы на строительство были огромные, но все же затянув поясок потуже государь приказал начать строительство еще пары магистралей: Москва-Смоленск и Рязань-Тула-Калуга. Быть может, этих дорог и не было даже в проекте, если бы не приятное известие из Англии и Голландии, откуда в сопровождении полусотни солдат прибыл Конон Зотов с почти 2-х миллионной казной, украденными деньгами светлейшего князя, неведомо как умудрившегося так скоро скопить такое состояние и переправить за границу. Эти деньги тут же ушли в государеву казну, за исключением 1 тысячи рублей Конону и по 100 рублей солдатам.

Памятуя об указе государя о выкупе государевых холопов и надворных людей, часть солдат тут же передала деньги своим родственникам, которые после подсчетов в банке смогли в большинстве случаев не только выкупиться, но и прикупить новых инструментов. Желающие переселиться на новые земли, Прибалтике получая подъемные, пускались в путь, предварительно собираясь в небольшие группы, дабы сподручнее было заселять новые жилища. Процесс русификации завоеванных западных земель начался….

Но речь сейчас не об этом.

На горизонте, с северной стороны показались отблески штыков, следом за ним появилась легкая конница отряда калмыков, где-то позади них заиграли полковые литавры, кажется, какой-то драгунский полк все же бросили на усиление лагеря-крепости.

Долгожданное подкрепление пришло как некогда вовремя. Вот только его заметили не только русские командиры. Всполошились сотни татарских всадников, начав метаться из стороны в сторону, готовясь по дуге обойти сектора обстрела артиллерии крепости.

-Андрей, готовь всех драгун и казаков, нам нужен обоз и подкрепление целыми и невредимыми!– приказал Людвиг, смотря на приготовления татар.

-Будет сделано, господин генерал-поручик!– отдал честь бригадир Осипов, командуя почти четырем тысячам всадников:

-По коням!

Каждый давно знал свое место в лагере, как знал и место расположения коновязи, точнее место своего четвероногого боевого товарища. Драгуны чуть в стороне от казаков, шомполами прочистили дула пистолей, нацепили на себя перевязь с саблей или палашом и прыгнули в седла. Казаки атамана Матвеева быстрее своих великоросских собратьев взобрались на коней и ожидали лишь приказа командира, замершего впереди отряда перед закрытыми воротами лагеря Конских Вод.

С наблюдательной вышки за обстановкой на поле перед стенами полевого лагеря-крепости наблюдали командующий корпусом Людвиг фон Алларт и Федор Матвеевич Апраксин, Борис Бутурлин.

Пестрые шапки татар, изредка разбавленные полу лысыми головами запорожских казаков, приближались к крепости, постепенно масса воинов расходилась в стороны, огибая полевую крепость на безопасном расстоянии. Так им показалось.

-Командуйте генерал-майор, сейчас вашим орлам все карты в руки,– командующий войсками кивнул Бутурлину.

Тот лишь кивнул головой, поднес к лицу мутноватое стекло подзорной трубы, посчитал про себя примерное расстояние до врага и подал знак командиру южной батареи редутов. Майор Панин, получивший заранее все инструкции, услышал, как играет полковой трубач, пара коротких и один долгий, пара коротких и вновь один долгий…

-Всем приготовится! Орудия на изготовку, картузы на казну, бочки с порохом подкатить на две сажени к пушкам. Огонь вести только по моему приказу!

Артиллерийские расчеты, недавно созданные при каждом полку спешно готовили свое оружие к бою, последний раз проверяя все ли в порядке, нет ли нагара на стенках или не дай бог, не остался ли какой уголек в стволе.

А татарское воинство между тем уже начало огибать этот островок надежности, но приказа все не было. Майор Панин начал волноваться, все-таки вести огонь по такой плотной массе одно удовольствие, пускай для картечи расстояние слишком большое, но ведь этими бомбами можно задеть сотню другую степняков, выгадать минуту другую для идущего в лагерь подкрепления.

Наконец, когда половина раздвоенного войска прошла вдоль крепости, на безопасном расстоянии был дан сигнал к атаке. Два скопления редутов: южное и восточное, для простоты названные полевыми фортами выплюнули в сторону колышущейся массы свистящие снаряды. Почувствовавшие себя в безопасности татары услышали за своей спиной яростный рев сотен глоток своих соплеменников попавших под огонь артиллерии.