Иван Кузмичев - Сборник Поступь империи

-Сильные оказываются у турок муфтии,– сказал я тихо.

-Да, очень сильны, а в последнее время и вообще силу большую набрали, высшие духовники османов,– покачал головой посол с явным сожалением.

Что ни говори, а джихад никому в России не нужен, а объявить его может любой сбрендивший глава ислама. В той же Османской империи к примеру.

«Дела!– присвистнул я про себя».

-Но и это не все, ваше высочество,– с большей радостью сказал дипломат.

-Есть, что-то более приятное?– спросил я его.

-Дело в том, что у Османской империи большие проблемы с деньгами,– сказал посол.

-Что вы имеете в виду, Петр Алексеевич?

-Из-за того, что в управлении государством у них полная разруха и как таковых дельных глав у них нет, все деньги не могут быть учтены. И часть налогов, причем скажу без преувеличения, большая часть налогов оседает в карманах вороватых чиновников. Взять хотя бы, к примеру, сведения по 1705 году, в этот год империя собрала вдвое меньше налогов, чем в 1704 году. Это хорошо показывает уровень налогового приказа османов.

-Да, без денег никакой государь не сможет ничего сделать,– хмыкнул я.

Мало кто из правителей Европы в действительности мог бы похвастаться тем, что увеличил казну своей страны, за счет реформ и грамотного управления, а не в результате контрибуций и ограбления колоний. Ежели таковы имеются, конечно. Вот такие дела. Правда, увы, сам царь Петр, в желании своем сделать все быстрей и лучше порушил русскую систему финансов, которая обещала давать прирост доходов больше чем втрое против первоначальной казны. Правда, на это требовалось как минимум четыре года, которых у Петра не было…

Ну да ладно, сделанного не воротишь, так что будем исходить из того, что мы уже имеем. А имеем мы многое, если разобраться. Первое – это конечно то, что элита турок – янычары превратились из превосходных воинов в 50 тысячную своевольную армию, которая отступает при грамотном и ожесточенном сопротивлении противника. Второе – это лишенный хороших управленцев госаппарат, к тому же без достаточного количества денежных средств. И третье – это самое важное на данный момент, нет достаточного сплочения самого народа, что не может не радовать меня, в силу того, что государь просто не сможет утерпеть и не напасть на соседа, после победы над Карлом. Вот только как бы не было его желание чересчур поспешным, иначе все повторится как в моей родной истории. А это очень не хорошо! Для меня не хорошо, или наоборот хорошо?

В свое время Великий князь Святослав погиб от рук печенегов под предводительством хана Кури, и многие факты позволяют думать о том, что сделано это было с подачи своего союзника Киевской Руси, сына самого Святослава…

Так что может быть проще? Пустить Петра к туркам, «шепнуть» крымскому хану, о том, что не плохо было бы…

«Стоп! Никаких таких еретический и предательских мыслей!– оборвал я сам себя, чувствуя, как кто-то внутри меня шепчет о том, что это очень заманчиво и на многие вещи открывает просто неограниченные возможности».

-Много богатства себе присваивают тамошние министры, да и грабят они людишек нещадно, так что слаба сейчас Османская империя, сильно ослабла по сравнению с той что была полувека назад,– подвел итог дипломат.

-А как там дела обстоят с нашими братьями-славянами? Ведь насколько я знаю, у престола моего батюшки давно пребывают валашские и молдавские посольства,– спросил я у Петра Алексеевича.

-К моему глубочайшему сожалению бремя налогов коснулось славян, находящихся в подчинении у султана, много сильнее всех остальных, ведь притеснения христиан у нехристей столь сильно, что в Боснии и Сербии осталось, чуть ли не треть населения оттого, что было еще десять лет назад. Целые районы территорий христиан как будто «вымирают», оставляя пустые халупы и заросшие бурьяном поля.

Дипломат прервался на пару секунд, для того чтобы смочить горло глотком вина и съесть еще один пирожок с ягодами.

-Но опять же хочу заметить, что без милосердия и без пощады тяготят податями паче тех христиан, которые в средине и окрест недалеко градов Константинополя и Андрианополя. А на других своих христианских подданных, на греков и арапов и на прочих, которые живут в Иерусалиме, в Египте, в Антиохии, в Македонии, в Александии Сирской и близ Каира, то суть Вавилона, на тех поборы накладывают легче и много меньше, опасаясь от них волнений.

Что же до самого народа турецкого, то могу сказать, что они много гордыни и славолюбия имеют, глаголют о себе яко свободный народ. Хотя их высочайшие особо, опасаются народных волнений и много «сладостных речей» говорят, сдерживая порывы своих людишек.