Пол Остер - Книга иллюзий

После того вечера Нора продолжала рассказывать ему все новые подробности. Понятно, ей хотелось с кем-то поделиться своими горестями, но надо же было такому случиться, что этим кем-то, при всем огромном, потенциально бесконечном выборе, оказался Гектор! Он стал ее наперсником, посвященным во все, что так или иначе имело отношение к его преступлению, и каждый вторник и четверг, когда он сидел рядом с ней на кушетке, ему казалось, что его мозг плавится на медленном огне. Он понял, жизнь – это ночной кошмар, где самые страшные миражи и галлюцинации становятся явью. Вы слышали про такого Гектора Манна? Спросила его однажды Нора. У Стегмана появилась новая теория. Недавно он позвонил отцу, через два месяца после своего отказа от расследования, и попросил дать ему еще один шанс. Оказывается, Бриджит напечатала интервью с этим Гектором Манном. Через одиннадцать месяцев тот исчез, тогда же, когда и она, так вот, не связаны ли эти два события между собой? Стегман ничего не обещал, но по крайней мере с благословения О’Фаллона, он попробует поискать в этом направлении. Если удастся установить, что после появления статьи Бриджит и Гектор продолжали встречаться, это будет уже какая-то зацепка.

Нет, ответил Гектор, первый раз слышу. А кто он, этот Гектор Манн? Нора знала о нем понаслышке. Актер, сказала она. Снимался в немых комедиях, но она ни одной не видела. В колледже ей было не до фильмов. Да, согласился Гектор, я тоже в кино редко выбираюсь. Дорого, и для глаз, он где-то читал, вредно. Нора смутно помнила, что об этом деле писали в газетах, но все это прошло как-то мимо нее. По словам Стегмана, Манн исчез почти два года назад. А что заставило его исчезнуть? поинтересовался Гектор. Никто точно не знает, ответила Нора. В один прекрасный день он пропал, и больше о нем никто не слышал. Тогда надежд не много, сказал Гектор. Долго ли может человек скрываться? Если его до сих пор не нашли, скорее всего его уже нет в живых. Скорее всего, согласилась Нора. Так же, как и Бриджит. Но ходят разные слухи, и Стегман обещает их проверить. Какие слухи? спросил Гектор. Что он мог вернуться в Южную Америку. Он родом оттуда. Бразилия, Аргентина… точно не помню. Невероятно, да? сказала Нора. Что именно? не понял Гектор. Ну как же, Гектор Манн из тех же краев, что и вы, разве не удивительно? Вы забываете, что Южная Америка – это огромный континент, возразил он. Латиноамериканцев сейчас можно встретить повсюду. Все правильно, сказала Нора, и все же, подумать только, она могла уехать с ним туда! От этой мысли у нее захватывало дух. Две сестры, два латиноамериканца. С одним – Бриджит, с другим – она.

Все это было бы не так ужасно, если бы она ему не нравилась, но он ее любил, любил с самого первого дня. Гектор отлично понимал – этот вариант исключен, сама мысль, что можно до нее дотронуться, уже есть непростительный грех, однако каждый вторник и четверг он возвращался в этот дом и, сидя на кушетке, обмирал всякий раз, когда это двадцатидвухлетнее гибкое тело пристраивалось рядом среди темно-вишневых велюровых подушек. Казалось бы, как просто – коснуться ее шеи, или погладить руку, или перецеловать веснушки на ее лице. Всему такому, мягко говоря, не способствовали их разговоры (Бриджит и Стегман, отцовские запои, поиски Гектора Манна), но борьба с этими желаниями была для него еще большим испытанием, ему приходилось собирать все свои силы, чтобы не перейти границы. После двух часов пытки, с трудом досидев до конца урока, он частенько отправлялся через весь город в квартал с домами-развалюхами и дешевыми мотелями, где можно было взять женщину на двадцать-тридцать минут. Выход, конечно, примитивный, но лучше не было. А ведь еще два года назад первые красавицы Голливуда наперегонки прыгали к нему в постель. Теперь он отсчитывал половину своего дневного заработка, чтобы купить короткое облегчение.

Ему и в голову не приходило, что Нора может им увлечься. Кто он такой, ничтожное существо, недостойное внимания, и Нора столько с ним возится исключительно из жалости – юная страстная натура, спасительница заблудших душ. Святая Бригита, как ее называла старшая сестра, их семейная мученица. Если Гектор был африканский дикарь, то Нора – американский миссионер, который продирался сквозь густые джунгли ради его спасения. Он не встречал человека более искреннего, оптимистичного, но и более неподготовленного к реальному миру зла. Иногда он спрашивал себя: может, она просто глупа? В другие минуты она казалась ему воплощением мудрости. А то, бывало, посмотрит ему прямо в глаза своим пронзительным, неуступчивым взглядом, и у него оборвется сердце. В этом заключался парадокс проведенного здесь года. Нора была его пыткой – и Нора была его жизнью, единственной причиной, по которой он не уезжал из Спокана.