Марк А. Радклифф - Ангел Габриеля

— Во всяком случае, она лучше той американки, которую ты привел с собой в прошлый раз.

— А мне казалось, вы с ней поладили.

— Конечно поладили, ведь я умею быть вежливой. — Джули проговорила это в шутку, забавно округлив глаза, словно от удивления.

— Или двуличной.

— Да, или это. Но чтобы она мне понравилась? Я тебя умоляю! К тому же у нее анорексия, она должна бы походить на Элли Макбил, [61] Элли Макбил — героиня одноименного, шедшего с 1997 по 2002 г. американского комедийно-мелодраматичного телесериала о буднях молодой девушки-адвоката. а вместо того смахивает на Бетт Мидлер. [62] Бетт Мидлер (р. 1945) — американская актриса и певица. Она только для виду ковыряла еду на своей тарелке, так ничего и не съела. Зато пила стаканами спритц [63] Спритц — слабоалкогольный коктейль, смесь белого сухого или игристого вина, настоек «Аперол» или «Кампари», а также содовой воды. с белым вином. Мне так и хотелось насильно скормить ей батончик «Кит-Кат».

Майкл засмеялся:

— Я бы заплатил, чтобы на это посмотреть.

Джеймс и Девушка с Яркой Помадой между тем были заняты разговором о чизкейке. Его стряпня очень ей понравилась, и Джеймс пытался извлечь из данного обстоятельства всю выгоду, какую только возможно.

— Пожалуй, на кухне я чувствую себя по-настоящему счастливым, — разливался он соловьем. — Правда, милая? Джули? Джули! Я говорю, на кухне я по-настоящему счастлив.

— Да, — подтвердила Джули. — Джим любит печь.

— Мне лучше всего на кухне или в моей студии звукозаписи, — солгал Джеймс, который неделями не заходил в свою звукозаписывающую студию и уж, разумеется, ничего там не записывал.

— У вас есть студия звукозаписи? — спросила Девушка с Яркой Помадой.

Джули закатила глаза.

— О да, хотите на нее взглянуть? Майк, Майки, я только покажу твоей подруге мою студию. Если через десять минут мы не вернемся, отправляйся на поиски, ха-ха.

Джеймс и Девушка с Яркой Помадой вышли из дома и направились к коровнику.

Это был настоящий коровник. Темный, холодный, с соломой на полу, хотя здесь уже многие годы не было ни одного животного. Девушка с Яркой Помадой поежилась от холода, вышла на середину и осмотрелась по сторонам. В крыше была дыра, достаточно большая, чтобы увидеть через нее пару звезд. На полу под ней поблескивала лужа, подтверждая, что дыра в крыше функционирует, даже если вся остальная аппаратура неисправна. Посреди коровника полукругом стояли гитарные усилители. Всего их было три, причем об один явно тушили сигаретные окурки, и все они были старые, покрытые густой пылью. В дальнем конце коровника находилась темная комната звукоинженера с микшерным пультом.

— Я представляла себе студию звукозаписи совсем не такой, — сказала Девушка с Яркой Помадой, жалея, что не взяла с собой пальто.

— Да, многие ожидают увидеть здесь нечто сияющее со стоящей повсюду аппаратурой. Но студия — это прежде всего место, где люди работают. Пойдемте, я покажу вам нашу святая святых, — предложил Джеймс и направился в конец коровника, но по дороге наткнулся на некий предмет, при ближайшем рассмотрении оказавшийся бочкой для нефтепродуктов. — О черт! — воскликнул он.

— Что это?

— Один парень, он живет неподалеку отсюда, попросил меня взять на хранение кое-какое свое барахло, пока пожарный инспектор проверяет его дом. Он предложил заплатить, а я подумал, что эти бочки могут издавать очень интересный звук, если по ним стучать. В музыке это очень важно, найти нужный звук. — Сказав это, он почувствовал, что почти готов сам в это поверить. — А что, у вас с Майклом все серьезно?

— Ой, даже не знаю, — рассмеялась она. — А что вы называете серьезным?

Для Джеймса это был чересчур сложный вопрос.

— Вот, сюда. Присядьте здесь. Кажется, вам холодно… Погодите.

Он снял свой кардиган. Тот пованивал потом и марихуаной, но зато он был толстый, а Девушка с Яркой Помадой совсем замерзла. Она уселась перед пультом в пыльное кресло, обтянутое кожзаменителем, а Джеймс встал позади нее. Она почувствовала, как он наклонился над креслом, налегая на него, отчего оно начало тихонько покачиваться назад и вперед, и увидела пар от его дыхания, а это означало, что он находится к ней ближе, чем следовало бы.

Она оглянулась по сторонам. Слева от нее стояла ударная установка, справа — старое пианино. Примерно между ними и посреди лужи стояли три микрофонные стойки. Она посмотрела вверх и увидела еще одну дыру. В тот же момент она почувствовала теплое дыхание Джеймса на своей обнаженной шее. Девушка быстро встала.