Марк А. Радклифф - Ангел Габриеля

Клемитиус не тронулся с места. Он просто стоял и таращил глаза. Потом он медленно повернулся к Христофору и Габриелю. Его пересохшие толстые губы дрожали.

Габриель пришел ему на помощь:

— Вон тот милый человек только что назвал ваше имя.

Клемитиус двинулся вперед. Кевин стоял как вкопанный.

Тишину нарушила Ивонна, которая почти прокричала:

— Простите, когда вы сказали: «Прихватите, пожалуйста, с собой вашего убийцу», вы имели в виду этого убийцу? Того, который убил меня, или, может быть, здесь есть и другие? Потому что, если есть другие, придется уточнять, а если нет, то его имя Кевин. Мы так и зовем его: Кевин Киллер. — И она с силой толкнула Кевина в спину.

Клемитиус и Кевин медленно вышли вперед. Кевин теперь хромал еще сильнее. Клемитиус брел, опустив голову. Похоже, он сам не верил в происходящее и не понимал, в чем дело. Они прошли к Петру, который поверх их голов посмотрел на остальных участников группы.

— Тут явно произошла ошибка, — запротестовал Клемитиус.

— Подозреваю, что их было множество, — ответил Петр. — Но меня сегодня интересует та, которая сделана вами. Вы послали этого… человека… обратно на землю, для того чтобы убить другого человека. Из злобы. Не знаю, кем вы себя возомнили, но в любом случае вы ошиблись.

— Это не я, — прошептал Клемитиус.

— Вот как?

— Это они…

— Вы самонадеянный болван. — Петр повернулся к Кевину. — А вы… Вам место не здесь. А кое-где еще.

И при этих словах Кевин исчез, растворившись в воздухе, так что от него не осталось ничего, совсем ничего.

— Вам есть что сказать? — сурово спросил Петр у Клемитиуса.

— По-моему… по-моему, вы рассержены, Петр, и мне сдается, что ваш гнев направлен не на тот объект. Христофор… Это ведь Христофор увел группу, помешав им заниматься тем, чем положено, я же пытался снова привлечь их внимание к нашему проекту. Я сделал то, что сделал, — и давайте признаем, что я лишь на миг ускорил неизбежное, — для того, чтобы сфокусировать внимание группы на важных материях. Ведь это как раз то, чем мы тут занимаемся, это и есть содержание нашего проекта, цель которого в том, чтобы чистить наших подопечных и помочь им. Думаю, в ходе данного процесса могут возникать самые различные чувства, но мы должны четко понимать, чем они вызваны, прежде чем руководствоваться ими…

— Я глубоко разочарован в вас и разгневан, а сделанное вами мне отвратительно. Думаю, это вполне уместная и здоровая реакция на ваш поступок. И мне кажется, что вы не способны осознать свои действия, свои обязанности, а также свой моральный долг. Так что для вас положительный момент изгнания в том, что у вас будет целая вечность для размышлений. А для нас? Нам, по крайней мере, больше не придется выслушивать ваше нудное, вялое и бездушное суесловие. Вы изгоняетесь.

Петр посмотрел на озеро. После секундной паузы Клемитиус медленно побрел к черной глади воды. Дойдя до берега, он заколебался.

— Что с ним будет дальше? — спросила шепотом Джули.

— Никто не знает наверняка, — ответил Христофор. — Он будет жить на земле, хотя в другом обличье.

— Может, он превратится в корову? — подала голос Ивонна.

Все посмотрели в ее сторону.

— Я просто спросила, — пояснила она. — На мой взгляд, в нем всегда было что-то коровье.

Клемитиус шагнул в воду, и небо стало затягиваться тучами. Он шел вброд, пока не скрылся под водой. Он ни разу не оглянулся и исчез почти без ряби. Через несколько секунд толпа начала расходиться. Габриель и остатки их группы стояли тихо, пока не остались единственными на лужайке.

Петр подошел к ним.

— Мне казалось, это буду я, — сказал Христофор.

— Что теперь? — спросила Ивонна.

— Ничего, — ответил Петр. — Вы, к сожалению, мертвы.

Габриель уставился на озеро, Ивонна смотрела себе под ноги.

— Джули не мертва, — заметил Христофор.

Джули покраснела:

— Уверена, это лишь вопрос времени.

— В чем дело? Почему так? — вознегодовал Габриель. — Вы же сами только недавно сказали, что жизнь бесценна и по ней нельзя бить молотком.

Майкл и Линн уже прослушали три диска и одну кассету со сборником Дэвида Боуи, группы «Клэш» и какими-то очень старыми композициями в стиле соул. Линн рассказала Майклу, что Джули сама записывала кассеты для людей, которые ей нравились, но не всегда их отдавала.

— Почему?

— Потому что ей нравилось слушать их самой, разумеется.

— Понятно. А что это за диск Пола Квинна?

— Ах этот, она его обожала. Покупала всем, кого знала.