Роман Трахтенберг - Лифчик для героя. Путь самца - 2.

«Красавчик, и здоровый к тому же», — опять вякнула ОНА.

«Не слышу, не слышу!» — завопил я внутри себя.

— Вы убьете друг друга! — вдруг заорал тренер.

До меня его крик дошел лишь через секунду.

Оказывается, сопротивляясь ее голосу, я развил

необдуманно высокую скорость нападения, Виктор же в свою очередь тоже нападал на меня, и мы едва не покалечили друг друга.

Я решил уйти с тренировки, сославшись на то, что заболел живот. По дороге домой у меня с НЕЙ состоялась крайне неприятная беседа.

— Зачем же уходить? Он же такой видный и интересный! — вякала НЕВИДИМАЯ ВЛЮБЛЕННАЯ.

— И поэтому подставляешь меня?

— Не подставляю. Просто у него свое место в спорте — он мальчик. А ты же девушка. Ты все время напрасно пытаешься убить женскую сущность: то лезешь в казармы, то со шпагой носишься. Что еще выдумаешь? Может, станешь трактористкой-бульдозеристкой? Или дальнобойщицей, шахтершей-откатчицей?..

— И стану!

— А смысл?!

— Стать лучшим!

— Чушь. Тебе не нужны никакие спортивные победы, тебя на самом деле интересует совсем другое: чтобы Виктор влюбился в тебя и пел дурным голосом серенады под твоим балконом, бегал, как собачка, следом и дарил цветы. Вот та победа, которую ты жаждешь, а спорт?.. Это просто либидо.

— Молчи, чудовище. Ты ломаешь мою жизнь!

— Нет. Ты гробишь мою! Как хорошо было бы…

— Пошла… на хуй!

— Я бы с удовольствием! Да и ты не против, но…

…Тренировок жду с нетерпением и партнера не меняю. Мне достается по рукам и ногам, но это мелочи, а страшит только любовь. Чтобы ее избежать, я и совершаю бесчисленные нападения на человека в маске.

— Стой! — резко кричит тренер.

Замираю. Мой клинок уже нырнул под его тренировочную маску, а они у нас старые и дешевые, Виктор застыл, и я испугался, услышав, как со звоном падает его оружие. Я убил человека?!

Нет. Он снял маску, клинок лишь поцарапал его шею, но не прошел дальше. Я помог ему стереть выступившие капли крови и вдруг понял, что испытываю сильное желание поцеловать его гладкую кожу.

— Встречная атака при правильном противнике обречена на провал! — Тренер суетится рядом с нами, и это помогает мне отвлечься. — А мастера спорта вообще не делают ошибок, на которые вы вечно рассчитываете.

Тренировка закончилась. Стою под душем, стараясь не смотреть на обнаженное тело Виктора. Завтра у нас серьезный бой, по очкам мы с ним ровня, и для получения «мастера» нужна еще одна победа в городских соревнованиях. Еще один бой нужно выиграть. Кто победит, тот и «мастер». Для него очень важно обойти меня. А мне… сука, что сидит внутри меня, которую я сейчас просто ненавижу, вопит, что мне нужна только «женская» победа. И хочу я только одного: чтобы он сейчас накинулся на меня, обнял, поцеловал да, наконец, изнасиловал, черт возьми!.. Но как?! Я не хочу, не приемлю, не желаю никаких гомосексуальных контактов!!! А моё тело — оно не дает никаких других возможностей…. Я с отвращением глянул вниз на тот отросток, что болтался где-то внизу, — вот он, корень зла всей моей жизни, ее главная боль и беда!

— Ты сам все понимаешь! — ОНА стояла здесь же рядом с нами в душе. Капли стекали по парику и падали на платье не по размеру.

Впервые мне не хотелось с НЕЙ спорить, ОНА права. Только дальше-то что?! Что дает мне ЕЕ правота, да и моя тоже? От осознания проблемы становится только больнее. Лучше бы вообще не задумываться ни о чем! И дальше заниматься спортом, учебой. В сущности, пока нет времени думать — жить гораздо легче. Но стоило появиться мужчине, вызывающему у меня интерес, как ОНА тоже появилась… Ничего. Завтра я стану мастером спорта, и Виктор исчезнет из моей судьбы, у меня будут новые партнеры по тренировкам, и все забудется!

…Кажется, полгорода собралось во дворце спорта. Разумеется, основная масса зрителей, главным образом, состояла из родственников, родителей, одноклассников и друзей. Я и сам поехал с мамой, то есть она решила поехать со мной. Правда, родительница даже не переживала за соревнования, полагая, что вариантов тут нет — первое место будет за ее отпрыском. Я тоже не сомневался в собственной подготовке, но меня все больше начинали мучить иные сомнения — а зачем мне этот спортивный триумф? Азарт соревнований вызывает только тоску, апатию и смутную тревогу. Победа многое изменит в жизни, спортивный рост оставит все меньше времени на учебу. Все больше придется проводить его на разных сборах в мужском коллективе, что напоминает казарму, да еще полная невозможность быть с НЕЙ и… быть ЕЮ. Зато Виктор был перевозбужден от волнения, что для него сейчас серьезный минус. Когда так много ставишь на карту и слишком сильно боишься проиграть, то не можешь сосредоточиться.