Кадзуо Исигуро - Безутешные

Она внезапно рассмеялась:

– Я не хотела, чтобы создалось впечатление, будто речь идет о чем-то сверхъестественном, мистер Райдер. Конечно, напрашивается ответ, что тут замешан мистер Кристофф. Было время, когда я и сама этому верила. Знаю: мой муж, разумеется, так и считает. Как многие в нашем городе, я думала, что можно просто заменить мистера Кристоффа в наших привязанностях кем-нибудь более основательным. Но потом я заколебалась. Я начинаю верить, что дело во мне. Это что-то вроде болезни. И даже связанной, быть может, с процессом старения. В конце концов, с возрастом и какие-то части нашего организма отмирают. Эмоции, быть может, отмирают также. Как вы думаете, мистер Райдер, такое возможно? Я боюсь, очень боюсь, что так оно и есть. Мы избавимся от мистера Кристоффа, но от этого, по крайней мере в моем конкретном случае, ничего не изменится.

Мы еще раз завернули за угол. Тротуары были очень узкими, и мы вышли на середину улицы. Мне казалось, что миссис Хоффман ждет ответа, и в конце концов я произнес:

– Не знаю, миссис Хоффман, как там с процессом старения, но, по-моему, вам нужно держаться бодрее, не поддаваться этой силе… что бы она собой ни представляла.

Миссис Хоффман подняла голову, разглядывая ночное небо, и некоторое время шла молча. Потом проговорила:

– Эти чудесные утренние сны. Когда наступает день и они не сбываются, я часто корю себя. Но заверяю вас, мистер Райдер, я пока не думаю сдаваться. Если я сдамся, моя жизнь совсем опустеет. Я не согласна махнуть рукой на свои сны. Я все еще хочу иметь любящую, дружную семью. Но дело не только в этом. Я, наверное, дурочка, мистер Райдер, – если это так, скажите мне прямо. Но я надеюсь в один прекрасный день уловить эту грезу. И когда мне это удастся, будет уже неважно, на протяжении скольких лет сны упорно повторялись: все эти годы растают как дым. Я чувствую, что это произойдет мгновенно, в секунду, лишь бы она была правильно выбрана. Словно внезапно дернут за шнурок, тяжелый занавес упадет на пол – и за ним откроется целый новый мир, полный солнечного света и тепла. Вижу, мистер Райдер, у вас на лице написано крайнее недоверие. По-вашему, я безумна, что воображаю себе такое? Будто после всех этих лет один миг, один точно выбранный миг переменит все…

То, что она приняла за недоверчивую гримасу, на самом деле не имело ничего общего с таковой. Слушая миссис Хоффман, я вспомнил о предстоящем выступлении Штефана и не сумел скрыть своего волнения. Я произнес, возможно с несколько излишней горячностью:

– Миссис Хоффман, мне не хотелось бы внушать вам ложные надежды. Но я не исключаю – именно не исключаю – что в самом скором времени такой миг, о котором вы говорите, наступит. Его вам может подарить ближайшее будущее. Случится нечто удивительное – и это событие заставит вас по-иному взглянуть на вещи и увидеть их в новом, более благоприятном свете. Это событие, в самом деле, смоет как волной все прежние злополучные годы. Я не хочу внушать ложные надежды, я говорю только, что это возможно. Такой миг может наступить уже сегодня, поэтому для вас так важно не падать духом.

Меня остановила мысль, что я искушаю судьбу. В конце концов, хотя случайно услышанные обрывки игры Штефана произвели на меня немалое впечатление, но молодой человек, судя по всему, вполне мог не выдержать груза ответственности. Чем больше я об этом размышлял, тем более сожалел о своих словах. Однако, взглянув на миссис Хоффман, я убедился, что она нисколько не удивлена и не взволнована. После недолгой паузы она промолвила:

– Когда мы с вами встретились, мистер Райдер, я не просто прогуливалась: это неправда. Я готовилась. Потому что сама подумала о той возможности, которую вы имеете в виду. Ночь, подобная нынешней. Да, нынче многое возможно. Так что я готовилась. И, признаюсь как на духу, мне немного страшно. Потому что, знаете, такие моменты уже не один раз случались, и я оказывалась недостаточно сильна, чтобы их использовать. Кто скажет, сколько еще случаев припасено судьбой? Так что, видите, мистер Райдер, я готовила себя. Ага, вот мы и пришли. Здесь задний фасад. Эта дверь ведет на кухню. Я покажу вам вход для артистов. Сама я пока что не войду. Думаю, мне стоит еще подышать воздухом.

– Рад был встретить вас, миссис Хоффман. Вы очень любезны, что в такой ответственный для себя вечер взялись меня проводить. Надеюсь, все у вас сегодня сложится удачно.

– Спасибо, мистер Райдер. Вам тоже, наверное, есть о чем поразмыслить. Была счастлива с вами познакомиться.