Евгений Ройзман - Невыдуманные рассказы

Выкатились на старт. Ничего лишнего. У меня была бутылка виски хорошего, и я ерзал до последнего: то ли взять, то ли не взять? С одной стороны, вес лишний, да и соблазн. С другой стороны, лежит себе и лежит в бардачке — мешает, что ли? Вова увидел мои терзания и, сглотнув слюну, привел последний аргумент:

— Возьми, мало ли что… Может, раны промывать…

Все конкуренты давно ушли. Вова нервничает.

Я говорю:

— Не дергайся, мы всех догоним в первом же болоте.

— До него еще доехать надо.

Я посмотрел на него подозрительно:

— Может, ты что-то знаешь, но молчишь?

— Нет, — говорит, — вроде все нормально должно быть.

Поехали изо всей силы. Задача — хотя бы несколько экипажей обойти до большого болота. Аккуратно, не убивая машину, пройти его без потерь, втянуться и продержаться сутки.

Жара. Едем быстро. И вдруг с ужасом замечаю: поползла стрелка. Нет, думаю, показалось. Нет, все-таки ползет. Включили печку на полную. Не помогает. Съехали в кювет. Дернул капот, крышку радиатора сорвало. Гейзер!

Вова говорит:

— Хорошо, что это случилось сейчас (подогрели, повело головку двигателя, потом провернуло вкладыши). Прикинь, это бы произошло за сто километров от базового лагеря, посреди огромного болота!

В это время едет Коля Лантух. Тоже греется, тоже никуда не поехал. Прицепил нас за веревочку и дотащил до лагеря.

— Да, — говорю, — Вова… Так бесславно мы еще ни разу не заканчивали.

— Да ладно! Бывало и позорней…

И я вдруг вспомнил.

Мы вернулись с «Урал-трофи», где стали серебряными призерами, а через три дня начинался этап чемпионата России в Черноголовке. Мы были готовы. Нам нужно было только перетряхнуть машину. Механики на Изоплите за сутки раскидали ее и собрали. Мы успели.

Стартовали хорошо. Все получается. Ходом прошли первое болото. На втором сели. Куча зрителей. Бегом размотали лебедку. Зацепились. Вова нажал кнопочку на пульте, и вдруг на наших глазах лебедка с ужасным треском отделилась от рамы и поехала вперед! У зрителей была истерика.

Вова почесал затылок и сказал: «Такого я еще никогда не видел!»

Оказывается, наши парни второпях лебедку только наживили, а прикрутить забыли!

Сидим на финише, машина с задранным капотом, куча механиков вокруг — репу чешут.

— Что, — спрашиваю, — Вова? Как выбираться отсюда будем?

Вова сморщился:

— Желательно бы, когда стемнеет…

Выезжаю осторожно из базового лагеря. Ощущение, как будто покидаю поле боя. Навстречу Олег Майоров с комиссаром гонки. Увидел меня, все понял.

— Ладно, — говорит, — чего ты? Это же спорт.

Сам знаю, что спорт, но все равно обидно.

В ТР-2 выиграл эту гонку Женя Павелин (штурман Дима Колегин). Очень сильный экипаж. Когда-то мы ездили в одной команде и даже выигрывали чемпионат России. Но сейчас осталось об этом только вспоминать.

В ТР-3 всю гонку до финиша проехал только москвич Зуев.

С Вовой несколько дней не разговаривал. Потом позвонил. С одной стороны, пора завязывать со спортом, с другой — на такой ноте уходить нельзя. Начинаем готовиться.

Леха Ленку любил. Она честно ждала его из армии. Потом его посадили. Она ждала его из лагеря.

Леха освободился и взялся за ум. Делал любую работу, зарабатывал, помогал всем своим друзьям. Жизнь налаживалась. Переехали на Первомайскую. Ленка нарадоваться не могла.

У Лехи был непутевый друг Вова. Увидев, что Вова болтается без дела, Леха говорит: «Вовка, помоги мне по квартире. Я дам тебе заработать». Вова согласился.

Каждый день утром приходил к Лехе и до вечера циклевал полы, клеил обои и вообще занимался ремонтом. И вот однажды Леха собрался ехать в Михайловск. С вечера предупредил Лену. Утром вышел, Лена еще спала. Пошел на стоянку возле бани заводить машину. Стоял мороз, машина не завелась. Посадил аккумуляторы. С прикуривателя тоже не завелась. Таскали на веревке часа полтора. Не заводится. В общем, никуда не поехал, замерзший пошел домой. Думает, хоть посмотрю, как Вова работает.

Звонит — никто не открывает. Странно. Сунул ключ. Дверь заперта изнутри. Э, вы чего там все, охренели?! Давай пинать в дверь. Грохот стоит, соседи повыподзли. И вдруг он все понял. Лена-то дома. Это они с Вовой заперлись, потому что точно знали, что он уехал…

Ноги неожиданно ослабли. Он сел на ступеньки. Посидел несколько минут. Потом, убитый горем, выполз во двор (делать-то что-то надо!). Медленно побрел вокруг дома. Жизнь обрушилась.