Лев Портной - Трепетные птички

— Плод моего воображения, — прокомментировал я окружающую обстановку.

— Да ты ж больной! — вырвалось у Воронкова.

— Может, предложишь что-нибудь получше? — съязвил я.

— Нет-нет, — замахал он руками.

— А зачем ты придумал такую вонь? — поморщилась девушка.

— Наверно, это пахнет носками, — пожал я плечами.

— А где же небо?! — вдруг спросил пьяный дух Искандурова.

Мы задрали головы и вместо небосклона увидели склизкие своды с наростами жира.

— Да мы ж в тоннели, — пробормотал полтергейст Воронков.

И действительно, склизкие жирные своды, соприкасаясь со степью не со всех, а лишь с двух противоположных сторон, вместо линии горизонта образовывали две параллельные линии, которые впереди и позади устремлялись в бесконечность, и там и там сливаясь в точки.

— Все ж это лучше, чем тот туман непролазный, — высказался я, наблюдая за скелетами динозавров, пасшихся невдалеке. Это было смехотворное зрелище, поскольку листочки и травинки, которые они пощипывали, тут же высыпались на землю между их челюстными костями.

— А где же наши колодцы?! — вдруг громко спросил полтергейст Воронков.

— Да, правда, где они?! — откликнулась Света.

— Не знаю, — проговорил я, оглядываясь вокруг.

— Ну, сосед, ты и учудил! — с досадой произнес Гоша.

— А это еще что там маячит? — дурашливо спросил пьяный дух Искандурова.

Мы обернулись и увидели какую-то черную точку, двигавшуюся в нашу сторону из конца тоннеля.

— Фу, какая мерзость! — вдруг послышался голос Патрончика, продолжавшего вести активную половую жизнь.

Оказалось, что на него попала одна из жирных капель с кровянистыми вкраплениями, и теперь он пытался счистить с себя эту гадость, и это занятие на некоторое время отвлекло его от тяжких переживаний, связанных с необходимостью беспрерывного исполнения супружеского долга с гаремом неистовых одалисок. Впрочем, его столь неприглядный вид совсем не смутил женщин, осаждавших майора.

— Да это же наш заклятый Враг! — воскликнула Света.

Точка, появившаяся в конце тоннеля, по мере приближения превратилась во всадника. Навстречу нам скакал Люцифер в рыцарских доспехах с копьем наперевес, верхом на крылатом коне со сложенными крыльями, и внешне сильно напоминающем свинью. Неожиданно с другой стороны загремели старые кости динозавров, и ископаемые, выстроившись в боевую линию, атаковали Дьявола. Он сумел перебить копьем позвоночники двум первым нападавшим, но следующий скелет динозавра ловко перекусил древко копья. На мгновение наш Враг остался безоружным, а затем в его руках засверкал меч, и он вновь начал дробить голые черепа.

— Черт тебя побери! — выругался он в мой адрес, одновременно разрубив пополам скелет цератозавра.

— Так ведь уже побрал, — ответил я. — А в чем, собственно, дело?!

— В чем?! — возмущенно выкрикнул он, уворачиваясь от клацающих челюстей стегозавра. — Ты что, ничего лучшего придумать не мог?! Я, понимаешь, думал, что спущусь с небес на крылатом коне и сокрушу этих тварей, как Георгий Победоносец, а вместо этого мне пришлось с головой погружаться туда, куда был послан намедни!

— Тоже мне, Георгий нашелся! — ухмыльнулся я.

А Света добавила:

— Видно, желание стать таким же, как тот, от кого некогда получил по морде, свойственно не только человеку, но и дьяволу.

— Ничто человеческое мне не чуждо! — выкрикнул Сатана, разделавшись наконец-то со стегозавром.

— А где, собственно, мы находимся? — спросил полтергейст Воронков.

— В недрах у Лидочки Воробушкиной, — ответил Люцифер. — Уж не знаю, чем она ему не угодила, — он кивнул в мою сторону.

— Да, в общем, ничем, — пожал я плечами, — мы и знакомы-то не были.

Он поддал шпорами, и свиноконь, расправив крылья, взлетел в воздух. Люцифер приготовился отразить нападение птеранодона. Он взмахнул мечом, но костлявая тварь увернулась. Свиноконь описал полукруг над нашими головами, и тут на его левое крыло упала кровянистая капля жира. Крыло обмякло, и свиноконь рухнул вниз, подмяв под себя всадника.

— На помощь! — заорал Сатана, отмахиваясь мечом от нападавшего сверху птеранодона.

— Ага! — злорадно воскликнул я. — А зачем же ты просил придать форму хаосу?!

— Чтоб легче было его одолеть! — выкрикнул он, пытаясь увернуться от прочих тварей, спешивших на подмогу к своему летающему собрату.

— Конечно, всегда легче дать сопернику по морде, когда товарищ держит его за руки, — съехидничал я, — а ты так попробуй…