Лесли Уоллер - Американец

Он повернулся к Кинчу.

— Барни, разве ты не предупреждал его, что я вернусь?

— Нет, мне никто этого не говорил.

Палмер, не скрывая явного, хотя, само собой разумеется, наигранного сожаления, покачал головой. Гарри Элдер молча встал, уступая ему председательское место, и переместился на стул рядом с Ирмой Хеллмэн. Палмер сел на свой, уже нагретый, стул, неторопливо открыл папку с документами и снова внимательно огляделся вокруг. Он уже успел заметить, что с тактической точки зрения Гарри удалось рассадить всех как нельзя лучше. Эдди Хейген, представлявший тех, кто хотел как можно быстрее купить банк мафии и тем самым внедрить его в структуру ЮБТК, сидел по правую сторону от председательского места. Барни Кинч, который представлял тех, кто снова и снова активно выступали за предоставление им щедрого финансирования по крайне низким ставкам, сидел напротив него, слева. Значит, Палмеру надо постараться еще больше усилить это противостояние, иначе они могут договориться и напасть на него сразу с двух сторон.

— По-моему, вы оба стареете, — пробормотал он. — Вам обоим сообщили о моих планах, и вы оба забыли об этом. Впрочем, теперь это не имеет особого значения. — Он пренебрежительно махнул рукой перед самым носом Эдди Хейгена. — Ладно, забудем об этом… Да, кстати, тебе привет от твоего старого армейского друга Джека Рафферти. Он по-прежнему тебя ненавидит.

— Что-что?

— Более того, сообщил мне о тебе кое-что весьма и весьма интересное. — Палмер милостиво кивнул ему. — Знаешь, он проделал колоссальную исследовательскую работу. Раскопал все, что можно и что нельзя. И теперь ждет заслуженного признания за проделанную работу.

От лица Хейгена отлила краска, и он откинулся на спинку стула. Не то чтобы он мертвецки побледнел, но стал с растерянным видом тереть свой подбородок, не отрывая пристального взгляда от Палмера.

Теперь настала очередь Кинча.

— Барни, — обратился к нему Палмер, — это правда, что в то время, когда мы даем промышленные кредиты под десять-двенадцать процентов, тебе хватает наглости требовать, чтобы мы давали их вам максимум под девять? Ты хоть понимаешь, что произойдет, если станет известно, что ЮБТК столь странным способом предоставляет на редкость благоприятные условия компании члена Совета директоров нашего банка?

— Уж даже не знаю, откуда у вас такая информация, сэр, — спокойно ответил Барни Кинч. Он провел ладонью руки по своим коротко подстриженным, серебристым волосам, и они, казалось, даже слегка ощетинились. — Мы не просим ничего, на что мы не имели бы полного права в качестве ваших давних и надежных клиентов.

Брови Палмера поползли вверх.

— Да, многие из нас до сих пор не забыли ту самую весьма поучительную историю с «Джет-Тех», Барни, — заметил он и, практически не останавливаясь, намеренно ускорил темп речи. — Впрочем, мы теряем драгоценное время, господа. У нас имеется четкая повестка дня, и мы не должны без особой необходимости ее затягивать.

Не дожидаясь, пока это, в общем-то, не совсем справедливое замечание вызовет ответную реакцию, он продолжил еще быстрее.

— Вы закончили с пунктами один-три? Судя по умоляющему тону Эдди, который я, войдя сюда, успел отметить, он снова сел на своего любимого конька — помогать «Духовным сицилийским братьям бедняков». Насколько я понимаю, это идет вразрез с предыдущим решением Совета какое-то время сидеть тихо и не делать никаких резких движений, разве нет?

— Совет не принимал такого решения, — пробурчал Хейген. — Его принял ты сам.

— Вместе с окружной прокуратурой и местным отделением ФБР, — намеренно солгал Палмер. — Они полностью в курсе дела и уже ведут активную работу по оздоровлению этого банка. Как только они закончат там свою работу и помогут избавиться от нездоровых элементов, я буду первым, кто выступит в поддержку процесса слияния. Но если мы, не дожидаясь положительных результатов проверки, проявим никому не нужную спешку, то разворошим муравейник и вызовем законные подозрения всей юридической братии, имеющей самое непосредственное отношение к данному делу.

Фил Кармоди, нахмурившись, пристально посмотрел на Хейгена.

— Ты ничего мне об этом не говорил, Эдди.

— Успокойся. Мне он тоже ничего не говорил об этом! — резко возразил Хейген. — Чего ты добиваешься, Вуди? Снискать себе славу Одинокого Волка Уолл-стрит?

— Нет, я всего лишь пытаюсь уберечь всех вас от тюрьмы, не более того. — Палмер кивнул Гарри Элдеру, сидевшему у самого дальнего конца стола. — После моего отъезда ты что-нибудь слышал от законников?