Лесли Уоллер - Американец

— То есть спать с ней? — Она бросила на него пристальный взгляд. — Что ж, если ты почувствуешь, что ей от этого будет легче, то да.

— Прости, но я не верю ни одному твоему слову.

Она кивнула.

— Да-да, конечно же, мне даже представить себе трудно, что ты будешь с ней спать, но я постараюсь понять, chéri. Поверь мне, я пойму. Ей казалось, ты принадлежишь ей и только ей одной, но все случилось совсем не так. Для женщины это самая настоящая трагедия. А вот я твердо знаю, что ты ко мне вернешься. Это восхитительное чувство. И оно делает женщину щедрой, очень щедрой. Хотя, возможно, и очень глупой.

Они оба громко рассмеялись.

— Вот уж не думал, что возвращение в Нью-Йорк будет для меня куда более опасным, чем можно было бы предположить, — не переставая улыбаться, сказал он.

Ее взгляд снова начал беспорядочно блуждать по сторонам. На какое-то время Палмер опять ее «потерял». Затем Элеонора вроде бы «вернулась», хотя часть ее по-прежнему оставалась где-то там, в прошлом.

— Да, Таня, — без всякой связи произнесла она. — Надеюсь, когда ты вернешься, она будет со мной. Вы должны познакомиться друг с другом, Обязательно должны познакомиться.

— Ты надеешься? А что мож… — Палмер осекся. — Хорошо, я вернусь самое позднее в среду вечером. Подготовь, пожалуйста, список всех моих встреч в Бонне на пятницу. Я хочу провести весь четверг только с тобой.

Она рассеянно кивнула.

— На пятницу в Бонне. Хорошо.

— Послушай, одно твое слово, — и я отменю всю эту чертову поездку, — сказал ей Палмер. — Клянусь всеми святыми!

— Нет, ты должен лететь. Должен! А я буду ждать тебя здесь, в Трире.

— Мы можем поцеловаться?

Она отрицательно покачала головой.

— Нет, я и без того умираю, — и показала на девушку в форме «Эр Франс», которая делала ему нетерпеливые знаки. — Ну все, иди.

Он наклонился и нежно поцеловал ее в щеку.

— Значит, в среду здесь, в Трире.

— В среду здесь, в Трире… Ах да, вот еще что…

— Что? — Он уже шел к выходу, но остановился.

— Если у тебя будет время…

— Да?

— Узнай, что сможешь, про асбест. Применяют ли его там у вас, в Штатах.

Он расхохотался так громко, что толстая женщина, державшая на руках йоркширского терьера, обернулась и бросила на него осуждающий взгляд.

— В среду здесь, в Трире, — не обращая внимания на рассерженную женщину, прокричал он Элеоноре. Затем быстро прошел через выход и побежал к самолету. Ровно через три минуты «Боинг-727» уже выруливал на взлетную полосу…

Часом позже служащие «Эр Франс» в аэропорту Орли уже торопливо вели Палмера из одних ворот в другие, где проходила посадка на «Боинг-707», вылетавший в Нью-Йорк. Он так сложил свои вещи, что бо́льшую часть одежды оставил в двух больших чемоданах в отеле «Интерконтиненталь» во Франкфурте. Удобно устроившись в кресле салона первого класса и бросив прощальный взгляд в иллюминатор на удаляющийся Париж, Палмер вспомнил, что будет в Нью-Йорке только где-то после обеда и что никто из ЮБТК об этом пока не знает. В суете приготовлений к срочному отъезду у него не нашлось времени предупредить своих коллег о своем неожиданном решении ненадолго вернуться. Тем более проинформировать их о рейсе и точном времени прилета. Собственно, все, что он успел сделать, это упаковать еще один костюм, две рубашки, нижнее белье, несколько пар носков и галстуки.

Да, ему действительно пришлось потратить много времени накануне их отъезда на Schnellfahrt. Надо было внимательно просмотреть картонные прокладки остальных рубашек, ну и, само собой разумеется, другие укромные места, куда можно было что-либо спрятать. Ведь в его отсутствие оставшийся багаж могли обыскать, чтобы найти те самые микрофильмы и предать их огласке. В планы Палмера это совсем не входило. Более того, нежеланные «гости» вполне могли заложить и какие-либо иные компрометирующие улики. Во всяком случае, один раз это им вполне удалось. Причем когда он был там, где-то совсем рядом. Хотя… может, с его отъездом в Соединенные Штаты нездоровый интерес к нему на какое-то время утихнет? Что ж, остается только надеяться.

Набрав высоту, «707» вскоре перешел на систему автоматического пилотирования. Палмер откинулся на спинку кресла и приготовился к долгому, скучному перелету. И почему это всё что-нибудь мало-мальски интересное происходит только тогда, когда с полетом возникают проблемы?

До него вдруг дошло, что он самым бессовестным образом бросил своего друга Джека Рафферти, даже не попрощавшись. Тот наверняка ожидал встретиться с ним еще раз, а он чуть ли не тайком улизнул в Нью-Йорк, не удосужившись хотя бы оставить сообщение по телефону. Впрочем, поскольку он достаточно хорошо знал Джека, то нисколько не сомневался, что ему давно уже все было известно, включая их мозельскую идиллию и даже то, чем миссис Грегорис кормила их в тот самый званый ужин — жареный цыпленок и теплый Kartoffelsalat. [64] Картофельный салат (нем.).