Геннадий Южаков - Сингапур

А после этого наступило чудесное облегчение. Оценить этот момент может тот, кто хоть однажды оказывался в подобной ситуации. Однако, было неудобно перед девушкой.

В то время, как Тоболин сидел на лежанке, девушка стояла у выхода из хижины лицом к нему. В ее больших, прелестных и в то же время застенчивых глазах светилась какая-то тревожная радость. От чего? Впервые в своей недолгой жизни постигла тайну мужского начала? Или взрослую ответственность за сидящего напротив незнакомого и странного человека, оставшегося вопреки всему живым? Впрочем, не стоит докапываться до чужой души. Она очень молода и нравственно чиста как капелька утренней росы. Под её взглядом Тоболину было спокойно. Он защищал, он являлся отражением того великодушного отношения к нему, как к человеку, попавшему в беду. Тоболину захотелось сказать девушке, чтобы она присела рядом с ним на лежанку. Побоялся своего голоса. Понимая, что стоит она не ради того, чтобы перед ним покрасоваться, незаметно и сам погрузился в задумчивость. Задумчивость не мешала Тоболину любоваться девушкой. В полных, по-своему привлекательных с заметной кривоватостью ногах, почти не прикрытых короткой юбченкой, в плотной, сбитой фигурке чувствовалась пружинистая сила. Она замедленно пошевелила покатыми плечиками и еще шире раздалась неровная высокая, по женски оформившаяся грудь. Узкая безрукавая кофточка, через которую явственно проступала каждая мышца, казалось, не выдержит и вот, вот разлезется словно бумажная. Девушка выглядела вполне созревшей для замужества. И только скуластенькое личико с бархатистой темной кожей, небольшой, слегка приплюснутый носик, пухлые, чуть вывернутые вверх губы, свежие, как будто только сорванные персики, большие миндального цвета глаза, выдавали в ней юное создание.

Наконец, девушка улыбнулась и без его приглашения бойко уселась на лежанку. Да и зачем ей приглашение? Она ведь у себя дома и вправе поступать так, как ей захочется. И именно она его и натолкнула на мысль о своем местонахождении. Он уже не сомневался в том, что находится на одном из островов Филлипинского архипелага. В стране, где английский язык приравнен к государственному, и если он заговорит, то она его поймет.

Слабым, хрипящим и очень некрасивым голосом Тоболин как смог выдавил из себя:

— Девушка, кажется, нам пора познакомиться. Меня зовут Александр.

Нежданно поданный человеком голос ее нисколько не напугал, но безусловно взволновал. Это стало заметно благодаря выражению ее глаз. И прежде чем ответить, она плавным движением руки поправила черные густые волосы, заканчивающиеся где-то на спине. И как музыка прозвучал ее мягкий, по девичьи устойчивый голосок:

— Тииина.

— Тина, — повторил Тоболин, и попробовала произнести его имя:

— Алисанда.

Тоболин улыбнулся, и поправлять ее не стал, подумав: «Пусть останусь таким, каким получился»

Знакомство состоялось, а продолжению разговора помешали гости. Вошли, уже знакомые Тоболину две женщины и с ними двое мальчиков в возрасте примерно двух-трех лет. Малыши, опасливо прижавшись к ногам молодой женщины, любопытными, боязливыми глазенками уставились на белого дядю. Та, что постарше, на местном диалекте заговорила с Тиной. Девушка ему перевела:

— Это моя мама Кумана и моя сестра Лона с детьми. Еще она имеет грудного ребенка, который остался в ее хижине. Они пришли справиться о вашем здоровье и спросить, что бы хотели поесть.

Тоболин взглянул на всех сразу и сказал:

— Тина я бесконечно благодарен вашей семье за заботу. А то чувство, какое испытываю к вам, не передать словами. Что касается еды, то прошу не беспокоиться. Буду рад тому, что подадите.

Как только он закончил, женщины заулыбались, о чем-то оживленно между собой переговорив, тут же вышли из хижины.

Шаги женщин еще не затихли, как Тина решила до конца рассказать о своей семье.

— У Лоны муж-моряк и работает на коммерческих судах. Отец с братом также в море, но они недалеко. Ловят рыбу. Вернутся вечером.

С ее слов Тоболин понял кому он обязан жизнью.

Вскоре вернулась самая главная в семье хозяйка, Кумана. В руках она держала деревянный поднос, на котором стояли: горшочек с удивительно белым, рассыпчатым рисом, горшочек с вареными овощами, сковородка с жареной рыбой, кувшин с каким-то напитком, далее кучкой лежали три спелых банана. Тоболин поглядев на все это, на самом деле почувствовал, как разыгрывается аппетит. Другое дело: внимание которое ему оказыватся, вероятно, в ущерб себе, его немало беспокоило. Тоболин словами и жестами дал понять, что для него одного еды слишком много. Женщина громко рассмеявшись, пустилась в объяснения со своей дочерью. Наконец, они смолкли, А Кумана толкнув по-свойски Тоболина в плечо, дала понять, дескать все принесенное должно быть съедено. Затем, чтобы его не смущать, покинула хижину.