Джон Грин - Бумажные города

Она стояла над Газом и кричала, он тоже поднялся, оказавшись дюймов на шесть выше нее. А потом Столяр сказал:

— Боже, успокойте кто-нибудь эту идиотку.

— Значит, вам плевать! — заорал и Бен.

Прежде чем я успел сообразить, что происходит, он столкнул Столяра со стула, и тот повалился на бок. Бен уселся на него и принялся яростно, но неуклюже колотить по маске, крича:

— ОНА НЕ ИДИОТКА! САМ ИДИОТ!

Я подскочил и схватил Бена за одну руку, Радар вцепился в другую. Мы его оттащили, но он не заткнулся:

— Меня переполняет злоба! Мне было лучше, когда я его бил! Дайте его мне!

— Бен, — сказал я как можно спокойнее, подражая своей маме. — Бен, расслабься. Он уже все понял.

Газ с Тузом помогли Столяру подняться, и Газ сказал:

— Бог ты мой, мы уходим. Место ваше, только не нервничайте.

Туз собрал фотооборудование, и они поспешно вышли в дверь. Лэйси принялась объяснять, откуда она его знает.

— Он оканчивал школу, когда мы…

Но я махнул рукой. Это не имело значения.

Радар знал, что имело значение. Он немедленно занялся календарем, уткнувшись в него носом.

— По-моему, на майском листе ничего не было написано, — сказал он. — Листы довольно тонкие, следов я не вижу. Но я не на все сто уверен.

Он принялся разыскивать что-нибудь еще. Судя по свету фонариков, Бен с Лэйси нырнули в Нору Тролля. А я остался в офисе, представляя себе ее. Я мысленно видел, как она ездит по всяким заброшенным зданиям вместе с этими ребятами, которые старше нее на четыре года. Вот такую Марго я знал. А внутри этих зданий она оказывается не такой Марго, какой я видел ее всегда. Пока все осматривают территорию, фотографируют и скачут с места на место, она сидит на полу и что-то пишет.

Вдруг из другой комнаты раздался зов Бена:

— Кью! Тут есть кое-что!

Я вытер пот с лица обоими рукавами и поднялся, опираясь на стол Марго. Потом я дошел до стены, нырнул в Нору Тролля и пошел к свернутому ковру: по стене над ним ползали три луча от фонарей.

— Смотри, — сказал Бен, рисуя светом квадрат на стене. — Это те дырочки, про которые ты говорил?

— Ага?

— Наверняка тут были какие-то важные бумажки. Судя по расстоянию между дырками, это могли быть открытки или фотки. А потом, наверное, она забрала их с собой, — сказал Бен.

— Да, возможно, — согласился я. — Хорошо бы нам найти блокнот, про который говорил Газ.

— Да, когда он сказал об этом, я его вспомнила, — ответила Лэйси, в свете своего фонаря я видел только ее ноги. — Она всегда носила с собой блокнот. Я, правда, ни разу не видела, чтобы она в нем что-то писала, я думала, что это ежедневник или типа того. Господи, я даже не поинтересовалась ни разу. На Газа разозлилась, хотя он ей даже другом не был. А сама я ее разве о чем-нибудь спрашивала?

— Она бы все равно тебе не ответила, — сказал я. Нечестно было скрывать, что Марго и сама постаралась, чтобы ее образ был для нас таким неоднозначным.

Мы походили там еще около часа, и, когда я уже уверился в мысли, что мы приехали сюда зря, луч моего фонаря упал на брошюры о всяких микрорайонах, из которых был построен «карточный дом» — его мы видели еще в первый визит. Одна из брошюр была про Гроувпойнт. Затаив дыхание, я принялся рассматривать и остальные. Потом побежал к своему рюкзаку, который оставил у двери, и вернулся с ручкой и блокнотом, куда записал названия всех этих поселений. Одно я узнал сразу: Фермы Колье — микрорайон из моего списка, в котором я еще не побывал. Потом я убрал блокнот в рюкзак. Можете считать меня эгоистом, но я хотел встретиться с ней один, без ребят.

В пятницу, когда мама вернулась с работы, я сказал ей, что мы с Радаром едем на концерт, а сам отправился в графство Семинол — как раз там располагались Фермы Колье. Все остальные поселения из списка интереса не представляли — почти все они находились к северу от центра, на давно обжитой территории.

Мне удалось заметить съезд на Фермы Колье лишь потому, что я уже стал специалистом по едва заметным грунтовкам. Но Фермы оказались совсем не похожи на недопоселения, которые я видел до этого: там все так заросло, будто жители покинули это место лет пятьдесят назад. Я не мог понять, то ли этот микрорайон просто старее других, то ли растительность тут более буйная, из-за того что располагается он в заболоченной низине. Вскоре по этой грунтовке стало невозможно ехать.

Так что я вылез из машины и дальше пошел пешком. Высоченная трава щекотала голени, а кроссовки вязли в грязи. Мне оставалось лишь надеяться, что Марго поставила палатку на какой-нибудь крошечной возвышенности, чтобы в нее не затекала дождевая вода. Шел я медленно, потому что тут было на что посмотреть и было где спрятаться, и потому что между этим недопоселением и торговым центром была определенная связь. К тому же по такой густой грязи шагать удавалось только медленно, да я и не спешил, я внимательно разглядывал все объекты, где мог бы поместиться человек. В конце улицы я увидел бело-синюю картонную коробку, на миг мне показалось, что именно в такой были батончики, которые я нашел в торговом центре. Но нет. Это оказался полусгнивший контейнер от баночного пива. Я поплелся обратно к минивену, а потом двинул на север, в Логан Пайнс.