Джонатан Коу - Какое надувательство!

— Мне казалось, что как раз в этом все и дело.

— Есть такая штука, как реальный мир, — сказала Хилари. — Вы о ней слыхали? — Она не стала дожидаться ответа. — Понимаете, мы же все не можем вдруг решить, что хотим быть художниками, сидеть в какой-нибудь башне из слоновой кости и выпекать картинки, когда на нас стих найдет. Некоторым приходится работать на заказ, сдавать работы в срок и заниматься другими подобными мелочами и пустяками. Вероятно, вам просто нужен урок: каково сидеть перед клавиатурой, когда требуется написать пятьсот слов, а редакторы ждут их через полчаса.

— Я не зарабатываю живописью на жизнь, — ответила Фиби. — Я патронажная сестра. Спросите у любого, кто занимается этой работой, и они вам расскажут о трудностях все.

— Я сейчас приведу вам пример настоящих трудностей. — Хилари уже добралась до четвертой виноградины. — Трудности — это когда вас загнали в какой-нибудь отель посреди Кента с тремя сотрудниками и факсом и вы должны к утру четверга сдать план публикаций на всю осень.

— Возможно, — сказала Фиби. — Но с таким же успехом трудности — это когда в кошельке двадцать фунтов, которые нужно как-то растянутьдо конца недели. Или когда понимаешь, что беременна, через два дня после того, как муж потерял работу. С такими проблемами я сталкиваюсь каждый день, и этих людей даже не утешит мысль о том, что решения, которые им следует принять, попадут в колонки светской хроники или как-то повлияют на чью-нибудь еще жизнь.

Улыбка расплылась по лицу Хилари, и она повернулась к брату:

— Дорогой мой, она просто бесценна. Я в самом деле должна тебя поздравить. Как ты ее нашел? Ты ведь понимаешь, что заполучил, правда? Тебе удалось отыскать, я полагаю, подлинную, старомодную, закоренелую социалистку в розовых очках. Такие сейчас — ужасная редкость. И ты большой умница, раз тебе удалось поймать это существо и привезти сюда. В смысле, что же дальше будет? Ты действительно надеешься, что они размножаются в неволе?

Родди вскочил на ноги.

— Так, Хилари, довольно. Оставь ее в покое.

— Поздновато рыцаря из себя строить.

— Ты ведешь себя мерзко.

— Она ведь не ляжет с тобой в постель, знаешь? Мне кажется, это довольно очевидно.

Родди повернулся к гостям.

— Я должен попросить прощения за свою сестру. Очевидно, у нее выдалась трудная неделя, но дурных манер это не извиняет. Мне кажется, все согласны с тем, что они отвратительны.

— Я не очень смыслю в манерах, — сказал Конрад.

Хилари обхватила его рукой и поцеловала в щеку.

— Конрад ни в чем очень не смыслит, кроме самолетов и траха. — Она встала и, взяв его за руку, легонько потянула за собой. — Мне кажется, пора проверить его умения во второй области. А вам — спокойной ночи. — И добавила, обращаясь к Фиби: — Для меня это был полезный урок, дорогуша. Я бы не отказалась от него ни за что в жизни.

Они вышли, Родди и Фиби какое-то время сидели молча.

— С вашей стороны это было мило, — наконец сказала она. — Спасибо.

Родди взглянул на нее, видимо стараясь отыскать в ее словах скрытую иронию.

— Простите?

— Защищать меня. Можно было этого и не делать.

— Ну, знаете ли… Она переступила все границы.

— Похоже, она не очень высокого мнения о том, зачем вы меня сюда пригласили.

Родди смущенно пожал плечами:

— Возможно, она права.

— Так каков план?

— План?

— Я с вами сплю и получаю — что? Участие в коллективной выставке? Персоналку? Обо мне напишут в газетах? Я познакомлюсь с толпой богатых и влиятельных людей?

— Мне кажется, вы немного опережаете события.

— И — один раз или регулярно?

Родди подошел к камину, где два хилых бруска электрического пламени изо всех сил старались одолеть смертельный холод столовой. Казалось, он сейчас разразится речью.

— Конечно, вы совершенно правы. — Слова давались ему с трудом. — Мне, разумеется, хотелось переспать с вами — то есть какому мужчине в здравом уме этого не захочется, правда? И я знал, что… убедить вас мне удастся, только предложив помощь с вашей карьерой. Что я определенно сделать в состоянии. Но дело в том… — он неловко рассмеялся и запустил пятерню в волосы, — то есть как бы ни было неприятно признавать, что болтовня моей сестры может как-то повлиять, но… слушая ее разглагольствования, я вынужден был осознать, что мои предположения и даже моя самонадеянность были решительно… В общем, все это показалось мне вдруг ужасной дешевкой. И я почувствовал, что должен перед вами извиниться. Мне действительно очень жаль, что я приволок вас сюда под… ложным предлогом.