Джулия Тот - Гном

— Мальчик, ты один едешь? Давай, подходи, не бойся, поможем.

Услышав ее слова, люди на платформе расступились, пропуская еще не видимого ими ребенка. Веселый мужик наверху, у двери, явно тоже пассажир, помогавший и до этого втаскивать остальным вещи, громким веселым раскатом тоже обратился к нему, спускаясь на одну ступеньку и протягивая вниз огромную сильную руку:

— Давай, малыш, покажи тетеньке билет и цепляйся, втащу.

Сергей, втянув голову в куртку, насколько мог, подал проводнице билет, так, чтобы из-под капюшона она видела только его глаза. Когда та назвала номер купе, повернувшись к лестнице, не поднимая головы, подал гиганту руку. Мужик втянул его на площадку вагона с такой силой и скоростью, что капюшон сполз и Сергей, подняв голову, посмотрел на своего помощника, ожидая громкоголосой реакции того на увиденное. Но мужчина, на секунду ставший серьезным, посмотрев на него, натянул капюшон обратно на голову Сергея и только спросил:

— В каком купе едешь?

— Спасибо за помощь, в пятом, — он смотрел на мужчину с нетерпением, ему уже очень хотелось сбежать в свое пятое купе.

— Я к тебе поменяюсь, — и мужчина зазывающим голосом продолжил отпускать шутки новоподнимающимся по лестнице вверх и спускающимся-провожатым, принимая при этом багаж и женщин — помогая всем.

Сергей прошел в купе, остававшееся еще пустым и, пока никого не было, снял куртку и сел к столику у окна так, чтобы пассажиры, которые будут ехать с ним, не поняли его роста. Сумку он поставил рядом, чтобы достать все, что понадобиться, не вставая в присутствии других. Все остальное — лечь спать и дойти до туалета он сможет, когда вагон заснет.

Перед самым отправлением в купе влетела молодая девушка, кинув на него взгляд, закинула спортивную сумку на верхнюю полку, какую-то смешную допотопную корзинку поставила рядом с собой на нижнюю, напротив Сергея, куда и уселась сама.

Поезд тронулся, в купе больше никто селиться явно не собирался, и Сергей, уставившись в темное стекло окна, вдруг увидел в нем отражение девушки: через это темное зеркало она смотрела прямо на него, и Сергей повернулся.

Широко улыбнувшись, девушка залепетала каким-то голубиным, странно-воркующим голосом:

— Меня Оля зовут, к сестре на свадьбу в Питер еду, а ты?

Сергею было все равно, как ее зовут и зачем она едет в Питер, но им предстояло провести в пути не один час, поэтому злить девушку невежливостью он не хотел:

— Сергей. Я к другу еду, — он замолчал, надеясь, что получив ответ, она отстанет, но девушка принялась вытаскивать из старой корзины и разворачивать вкусно пахнущие пирожки и еще какую-то еду, продолжая болтать:

— Целый день ничего не ела — платье к свадьбе искала. Бабушка напекла всего — давай поедим, а то я одна не люблю, — она раскладывала еду, когда дверь с грохотом бульдозера, ползущего по асфальту, распахнулась, и проем полностью занял собой веселый здоровяк с лестницы — он протиснул в купе сначала свой рюкзак и только потом пролез сам, казалось, заполнив не только своим и рюкзачьим телами, но и вырывавшимся наружу весельем, все пространство.

— Привет, молодежь, меня Сергей Трофимов зовут, — он протянул руку Сергею и вежливо кивнул широко распахнувшей глаза в изумлении Оле. Окинув взглядом купе, он отодвинул сумку Сергея в угол, подмигнув ему при этом, давая понять, что понимает, почему тот оставил ее рядом, но не стоит волноваться, устроился рядом с ним и, взглянув усмехнувшись на стол, начал выуживать из рюкзака и тут же распаковывать, немного сдвинув Олину кухню, жареную курицу, маленькие стаканчики и бутылку коньяка.

— Что будем потреблять сначала? — радостно воскликнула девушка, больше сверкая радостно-голодными глазами, почему-то, на коньяк.

Когда он закончил с сервировкой, Сергей, молча улыбавшийся до этого, глядя на телодвижения тезки, весело сказал:

— Вы извините, я руку вам пожал, но от неожиданности забыл представиться — меня тоже Сергей зовут, Матвеев.

— А меня — Оля, — девушка вставила это с такой поспешностью, словно боялась, что ни коньяка, ни курицы с корочкой ей не видать, если она не назовет свое имя прямо сейчас.

Не особенно обращая на нее внимания, мужчина повернулся к Сергею:

— Тезки значит, — произнес он уже без хохота, задумчиво глядя на молодого человека рядом.

— Давайте есть и давайте придумаем, как вас различать — вы, Трофимов, Сергеем будете, а вы Матвеев — Сережей, согласны? А то вы оба вскакивать будете, если я к одному из вас обращаться буду.