Евгений Будинас - Дураки

Не понимал, что в народе гонимым сочувствуют, но побитых не любят.

С Поздним повстречались в Доме писателя. Еще при Капусте, в серии «Встречная мысль», Дудинскас издал его книжку «Подлинный образ». Кроме политики, там были и стихи. Как и многие из несгибаемых лидеров, Симон Вячеславович бывал сентиментальным.

Дудинскас попросил его заскочить — забрать оригинал рукописи. Лучше, мол, сейчас, а то потом, после выборов, к тебе уже и не подступишься. (В новом парламенте Позднему прочили место спикера.)

— Придется мне потом вас, паважаны Симон Вячеславович, как и прежних начальников, «отлавливать», подкарауливая на площади перед Домом правительства...

Поздний поднимался по лестнице, обернулся, не останавливаясь:

— А мы тебя на этой площади, — и показал, сложив пальцы пистолетиком: — Пух-пух!

Шутка была совсем не в духе Симона Позднего. Но и нетерпеливость в предчувствии скорой победы тоже не в его духе. Поздний — бегун на длинные, исторические дистанции.

Проглотив шутку, Дудинскас заговорил с Симоном о том, что Народному фронту стоило бы, учитывая ошибки президентских выборов, все же скооперироваться с другими оппозиционными партиями. Объединиться с тем же Столяром, с Шильдиковым [71] Василий Шильдиков, успев оставить свое акционерное общество по выпуску бульдозеров раньше, чем его привлекли (как почти всех остальных успешных бизнесменов), целиком перешел в политику, став одним из лидеров Гражданского согласия. , с Тушкевичем, с Карповым... [72] Олег Карпов тоже оставил должность мэра и занялся политикой, сразу став одной из заметных фигур в политике, что при его огромном росте и атлетическом сложении было нетрудно. Позднее он умер от гематомы, полученной при не до конца выясненных обстоятельствах. Власть, как и деньги, поделить всегда можно. Труднее их получить...

— Поздно, — сказал Поздний твердо, как когда-то с Орловым. — Они опоздали. Сегодня они нам уже не нужны.

Он уже ощущал себя спикером парламента. Оттого и шутка у него получилась как бы начальственной [73] Но в Верховный Совет от Народного фронта на выборах не прошел никто. .

Месяца за два до выборов позвонил Виктор Илларионович Столяр и без обиняков призвал «глубокоуважаемого Виктора Евгеньевича» в свою команду, нужны, мол, думающие и искушенные в предвыборной технологии люди. Дудинскас на встречу пошел. Приглашение Столяра было для него весьма лестным.

— Прошу учесть, Виктор Евгеньевич, мы, как никто, нуждаемся в вашей помощи. Вместе с тем мы даем вам шанс хотя бы на склоне дней нормально пожить в нормальном государстве. И в полной мере ощутить себя уважаемым человеком. В случае нашей победы сначала на парламентских выборах, а потом...

Дудинскас заколебался.

Отчего же не помочь, если просят? С политикой он, конечно, завязал, но невостребованность когда-то нажитого опыта его все-таки удручала. И пожить по-человечески ему хотелось. Хотя, при всех симпатиях к своему тезке, в возможность его скорого прихода к власти Виктор Евгеньевич не очень верил. Так же как не верил в способность лидеров созданного им предвыборного блока оставить личные амбиции.

— Разберитесь между собой, — сказал Дудинскас. — Поставьте на кого-то одного. Если в доме нет хозяина, выберите камень и слушайтесь его, как гласит народная мудрость.

По тому, как надолго Виктор Илларионович замолчал, Дудинскас понял, что попал в больную точку.

Через несколько дней Столяр с Карповым, Тушкевичем и Шильдиковым давали первую совместную пресс-конференцию. Дудинскас пришел и увидел то, чего боялся. Каждый с упрямством пацанов на дворовой площадке тянул биту на себя. Не досидев до конца и вконец расстроившись, Виктор Евгеньевич покинул зал.

Тем не менее, когда назавтра Столяр попросил его зайти, Дудинскас сразу же согласился. Уйдя из правительства, Виктор Илларионович работал Генеральным судьей Содружества Независимых Государств и исправно поставлял «Артефакту» заказы на печатную продукцию. Оплачивал работу он всегда пунктуально, личные отношения от взаиморасчетов подчеркнуто отделял. И ссориться с ним смысла не было.

Когда он вошел в небольшой, но вызывающе стильно — синее с черным — обставленный кабинет, его хозяин с кем-то разговаривал по телефону. Обрадовано кивнув, Столяр широким жестом предложил Виктору Евгеньевичу присесть.

Даже не вслушиваясь, Дудинскас понял, что он говорит с председателем Центризбиркома Абрамкиным, доверительно сообщившим Столяру, что по его округу почему-то выдвигается родственник Олега Карпова. Нельзя ли как-то утрясти это недоразумение, чтобы хоть члены одной команды не сталкивались лбами?