Пирс Рид - Женатый мужчина

Не казались ли начинания всех этих великих людей поначалу абсурдом? Нетрудно представить себе Генри Масколла этаким венецианским банкиром, выставляющим на посмешище идеи Мадзини, и тем не менее именно идеалы Мадзини в конечном счете объединили Италию. Венеция, некогда господствовавшая в мире благодаря своему торговому могуществу, превратилась после своего заката в часть большой нации. И что она сейчас? Музей, курорт, живущий в ожидании туристов вроде Стриклендов и Масколлов, которые едут восхищаться остатками былого величия. Если таково будущее Англии, вправе ли он тогда осуждать Генри, Мэри и Клэр, этих венецианских банкиров, за пренебрежение историей и донкихотское сражение против заката их цивилизации? Ужели чванство, снобизм, манерность речи, привилегированные частные школы, загородные дома, состязания в стрельбе и верховая охота на лис с гончими — все то, что он ненавидел в нравах английских высших классов, и есть подлинная Англия? А что останется, если это исчезнет? Лондонский Тауэр подобно мосту Ринальто да двухэтажные красные автобусы вместо гондол? Ужели социализм в своем стремлении к справедливости и равенству разрушит то уникальное, что существует в живой культуре, как в свое время Ататюрк во имя прогресса обязал турок носить пиджаки и брюки западного покроя вместо традиционных, свободно ниспадающих одежд и фесок, тем самым превратив величественную нацию, некогда грозу цивилизованного мира, в безликую массу бродяг?

С этими мыслями, бередившими сознание, Джон и заснул.

В помещении Центрального уголовного суда в Олд-Бейли есть большой зал, где адвокаты, поверенные, газетчики, инспектора системы надзора и заключенные, освобожденные под залог или поручительство, находятся в ожидании, пока в суде вершится Правосудие. Здесь как-то в конце ноября Джона Стрикленда, уже собравшегося было на обед, и остановила молодая особа, спросившая, не может ли он уделить ей минуту внимания. Она была элегантно одета, ее манеры и речь выдавали принадлежность не просто к образованному кругу, а к представителям «высшего класса», что успокоительно подействовало на Джона. Он согласился ее выслушать, и они вместе вышли на улицу.

— Чем могу быть полезен? — спросил он, поднимая воротник пальто: ветер дул немилосердно.

— Может быть, зайдем в бар? — предложила она. Джон посмотрел на часы.

— В два мне нужно вернуться в суд, — сказал он, — а я еще собирался поесть.

— У вас назначена встреча?

— Нет.

— Может быть, за обедом и поговорим? Так будет проще, — предложила она непринужденно.

— Хорошо, — сказал Джон, и они пошли в сторону собора св. Павла.

— Вы из газеты? — спросил он. Она покачала головой:

— Нет.

— А откуда?

— Подождите, — сказала она. — Я вам все расскажу, только по порядку. — Она посторонилась, пропуская встречного пешехода.

— Как вас зовут? — спросил Джон. — Или с этим тоже подождать?

Она улыбнулась, как бы извиняясь.

— Паула Джеррард.

Они дошли до «Паба Бенуа». Джон не выбрал бы его для обеда, но, чтобы поговорить, лучше места не найти. Когда они вошли и девушка сняла пальто, под ним оказались юбка и жакет из того же голубого твида, что и пальто; для особы ее возраста она одевалась немодно и слишком дорого.

Их посадили за столик, и они сделали заказ. Джон попросил вина, его спутница — минеральной воды.

— Я хочу поговорить о Терри Пайке, — наконец объяснила она.

Джон пристально поглядел ей в глаза, как будто по их выражению можно понять, о ком идет речь. У нее было красиво очерченное лицо и темные волосы, на вид лет двадцать с небольшим.

— Вам ничего не говорит это имя?

— Не припомню.

— Я так и думала. — Она, казалось, была довольна услышанным.

— А что, я должен его помнить?

— Пожалуй, нет. Просто это ваш бывший подзащитный, только и всего.

— Очень может быть, — сказал Джон. — Половину моих клиентов, по-моему, зовут Терри. — Он был немного озадачен тем, что она держалась, словно уже немолодая женщина.

— Терри Пайк сидел в тюрьме Уондзуорт [30] Так называется район Лондона и самая большая в Англии тюрьма, где содержат преимущественно рецидивистов. , а я там инспектор по надзору над несовершеннолетними преступниками…

— Вы — инспектор по надзору? — удивился Джон. — Вот уж никак не подумал бы.

Она покраснела.

— Ну, нештатный. Работаю на добровольных началах, среди моих подопечных оказался и Терри Пайк.