Светлана Шипунова - Дети солнца

Короче говоря, очень скоро он уже не рад был и стал понимать, что, наверное, совершил большую ошибку, что одно дело – отношения на курорте и совсем другое – повседневная жизнь, а ведь с этой стороны он её совсем не знал. Пожили они так с полгода, помучились и оба поняли, что ничего у них не получается. Он стал мало бывать дома, проводить время на работе или с друзьями, она тоже неизвестно где стала пропадать. И наконец случилось то, что должно было случиться. Однажды он заехал днём домой и застал её с каким‑то совсем уж молодым человеком, как позже выяснилось, соседом по лестничной клетке. Произошла безобразная сцена, во время которой она кричала, что он ей всю жизнь испортил и что пусть выметается из квартиры, а он ей в ответ на это залепил по физиономии – впервые за всё время их отношений.

Рассказчица в баклажановом балахоне остановилась и с такой неприязнью посмотрела на сидящих перед ней мужчин, будто это они, все трое, были героями только что рассказанной ею истории.

— Ну? И чем, по–вашему, все это должно было кончиться?

Мужчины переглянулись и хором сказали:

— Разводом.

Рассказчица удивилась, но виду не подала.

— А потом?

— Должно быть, к старой жене вернулся, — сказал господин с обгоревшей лысиной.

Дама в лиловом никак не ожидала такого скорого и точного ответа и пробормотала с досадой:

— Надо же. Просто такое впечатление, что вы с ним знакомы.

— Мы даже не знаем, про кого вы говорите, — сказал бледнолицый. — Хотя одна догадка имеется.

— Оставьте её при себе. Счёт 2:1, и закончим на этом.

Но не тут‑то было. Глаза обеих дам блестели любопытством.

— И неужели старая жена его пустила? – спросила блондинка в лазурном сарафанчике, и на лице её отразилась смесь удивления и брезгливости.

— Ясное дело, пустила! – усмехнулся краснолицый. – Это ж какое для неё торжество было – от молодой вернулся!

— Во–первых, старая жена – не такая уж старая, — уточнила дама–баклажан. – А во–вторых, сами посудите: куда ж его было девать? Однокомнатная – тю–тю. Сам, считай, на улице остался. Жалко.

— Значит, это вы про своего мужа рассказали? – с торжествующей улыбкой спросила рыжая дама.

— Про своего, милочка.

— И что же, расписались с ним по новой?

— Не сразу, но расписались.

— И все хорошо с тех пор? – с деланным сочувствием продолжала допытываться оранжевая.

— Как вам сказать… Через год он опять завёл любовницу, ещё моложе той. Чёрного кобеля не отмоешь добела.

— Теперь понятно, почему вы так настроены против курортных романов.

— Ну, допустим, на этот раз у него роман служебный. Да я и не против, может, оно и нужно, даже в некотором смысле полезно – для встряски организма. Все мы не безгрешны. Но! Всему своё время и место.

Последние слова мужчины встретили одобрительными ухмылками, а дамы только плечами пожали: мол, вас не поймёшь.

Между тем, море мало–помалу утихомирилось, улеглось, и на пляж потянулись уже самые нетерпеливые отдыхающие — если не купаться, то хотя бы полежать на камнях: как известно, солнце посылает загар даже через толщу облаков. В ротонде становилось жарко, и рыжая расстегнула молнию на своём шелестящем спорткостюме, под которым обнаружилась обтягивающая жёлтая маечка с надписью «Sochi» поперёк груди. Лиловая, в свою очередь, размотала чалму и оказалась действительно брюнеткой, но крашеной. Только дама, одетая в лазурный сарафанчик, ничего не сняла и не расстегнула, ей и нечего было снимать, кроме маленькой соломенной шляпки, но та сидела прочно, как гриб. Сама же дама о чём‑то сосредоточенно думала.

— Я так полагаю, — повёл разговор дальше господин, обгоревший на солнце, — что все эти курортные похождения – это сугубо наше, российское, там этого нет и быть не может.

— Отчего же? Что ж там люди не отдыхают, что ли? – удивилась жёлтая маечка.

— Отдыхать‑то они отдыхают, и получше нашего, только у них при этом наших проблем нет.

— Что вы имеете в виду?

— А то, что им лето или зима – все одно. Они любовью занимаются где хотят, когда хотят и с кем хотят, и ни перед кем не отчитываются. У них до этого никому дела нет, и штамп в паспорте никто не проверяет. Так что «курортный роман» — это чисто наше, совковое. Потому что только на курорте, вдали от начальства, месткома, семьи и бабок у подъезда бедный наш гражданин и мог себе позволить немного свободной любви.

— А как же тогда служебный роман? – спросила дама, оставшаяся без чалмы. — Между прочим, наблюдается сплошь и рядом.