В комнату вбежал Секретарь. Он был не похож сам на себя. Он захлебывался слюной и словами.
— В городе смута… все улицы вокруг Башни запружены толпой…
— А где Министр?.. ну да, совсем забыл… а все остальные уже собирают чемоданы… постой, куда ты?.. — Савва сделал движение. Он хотел встать, откинул одеяло.
— Эй, кто-нибудь, помогите мне… — Голос его сорвался. Немой слуга подхватил Савву под руки. Савва встал белый, как снег, оттолкнул слугу и подошел к окну. Какое-то время он следил за выползающей на площадь толпой…
Зашевелились листья фикуса. Ветер вздул гардины и Савву увидели собравшиеся на площади. Сгорбившись, он стоял у окна. Он был погружен в печаль. Вдруг он уронил лицо в ладони, с прерывистым сдавленным стоном бросился к немому слуге. Рыдая, всхлипывая, он прижался к нему, как испуганное дитя. Немой слуга попятился. Ему почудилось, будто бы огромный и безглазый человек надвинулся на него. Вот он шарит руками, щупает пустоту изуродованными подагрой пальцами, ищет что-то и вдруг сдавливает ему горло…
— Закрой ставни… — пробормотал Савва и нетерпеливо и зло оттолкнул немого слугу.
В дверь постучали.
— Кто там еще?.. — от неожиданности Савва даже вскрикнул. Голос его сорвался на фальцет. — Пусть подождут… — Прихрамывая и подволакивая ногу, Савва подошел к креслу, сел. Немой слуга закрыл окно, задернул гардины. — Подай мне плед и впусти, кого там черт принес…
— Это я… — В комнату, гремя шпорами, вошел Тирран.
— Тише, тише… — Савва поморщился. Некоторое время они о чем-то шептались. Савва запинался в разговоре, говорил с какой-то странной ноткой в голосе. Беглая улыбка кривила его губы. Вскоре Тирран ушел…
Савва закутался в одеяло. Гардины были плотно задернуты и свет не проникал в комнату. Ее освещали лишь отсветы тлеющих в камине углей…
Через несколько минут Савва тихо скончался. Лоб его между бровями пересекла глубокая складка. Губы сжались повелительно и строго….
Немой слуга дрожащими пальцами закрыл веки покойнику, перекрестился и вышел в коридор. Какое-то время он стоял у гипсового идола, не зная на что решиться.
Неожиданно из потайной двери, замаскированной под зеркало, вышел Шуут и, как вихрь, пронесся мимо, приостановился у окна, порылся в карманах, не нашел то, что искал и устремился дальше. Что-то, с шуршанием, опустилось у ног немого слуги. Он склонился, поднял листок бумаги, перевернул его так и этак, близоруко сощурился…
Булькнул колоколец. Немой слуга испуганно плеснулся, сунул листок в карман и пошел на зов. Неожиданно он повернул в другую сторону.
Четверть часа спустя он уже был в заведении у казарм, а еще через час спал, как убитый, в пристройке к флигелю.
Жена немого слуги, по привычке обшаривающая карманы мужа в поисках завалявшейся мелочи, наткнулась на записку…
Немой слуга спал, а она не могла уснуть, ворочалась, вздыхала, не выдержала, встала и на цыпочках пошла к двери. Дверь зловеще и громко заскрипела. У нее все похолодело внутри. Муж оборвал свой храп, во сне сказал что-то и перевернулся на другой бок. Она долго стояла на месте, скованная леденящей беспомощностью, потом осторожно, протиснувшись боком и стараясь не шуметь, вышла в коридор и пошла, слепо ощупывая темноту, зацепилась за что-то. Грохот потряс дом, но она уже бежала в сторону казарм, к сыну, офицеру гвардии…
На плацу пели трубы, гремела медь. Солдаты строились и перестраивались, маршировали, готовились блеснуть на церемонии по случаю возвращения Старика во власть. Она позвала сына. Он подошел. Чувствовал он себя скованно и глупо. Мать потащила его к угольному сараю. Он шел за ней, сам того не желая, больше из растерянности, нежели из любопытства. С видом заговорщицы, она протянула ему записку. Рассеянно раскачиваясь, он развернул записку, повел взглядом, чуть-чуть покраснел.
«Офицеры записываются в общество, скрытность коего позволяет судить о многом, однако и самые опасные фантазии можно употребить в дело и затупить зубы заговорщикам…»
Имена и подпись в конце записки были написаны неразборчиво.
— Чушь какая-то… — офицер отвел глаза.
— Господь с тобой, ведь здесь перечислены все твои друзья…
— Откуда у тебя эта записка?..
— Не важно… ты смотри, что на обратной стороне… там какой-то странный рисунок…
— Да, странный рисунок… похоже, что это арсенал, а это проход к плотине… так вот что они задумали!.. они хотят взорвать плотину и затопить город… ладно, ты иди… и не плачь…
Читать дальше