Хаим Поток - Избранник

Шум в колледже Гирша, когда туда дошли новости о Дэнни, длился два-три дня. Студенты-нехасиды потолковали об этом день-другой и забыли. Студенты-хасиды хмурились, дулись, метали грозные взгляды — и тоже забыли. Все были слишком заняты собственными выпускными экзаменами.

В июне мы с Дэнни оказались в числе семидесяти восьми студентов, окончивших колледж Гирша, — под многочисленные речи, аплодисменты и поздравления родственников. Оба мы получили дипломы с отличием.

Дэнни зашел к нам однажды сентябрьским вечером. По его словам, он переезжал в комнату, снятую возле университета Колумбия, и заглянул попрощаться. Борода и пейсы исчезли, лицо было бледным. Но глаза горели нестерпимым светом.

— Колумбия не так уж далеко [72] Кампус Колумбийского университета находится в центре Манхэттена, на северной оконечности Центрального парка. До авеню Ли — меньше часа на общественном транспорте. ,—улыбнулся мой отец. — Приезжай к нам в субботу.

Дэнни кивнул. Его глаза сияли.

Я спросил у Дэнни, как его отец отреагировал, увидев его бритым.

— Без особой радости, — грустно улыбнулся он. — Сказал, что с трудом меня узнает.

— Так вы разговариваете?

— Да, — спокойно ответил Дэнни. — Сейчас мы разговариваем.

Наступила долгая, умиротворяющая тишина. В растворенное окно гостиной беззвучно влетел легкий ветерок.

Затем мой отец беззвучно подался вперед в кресле.

— Дэнни, — спросил он, — когда у тебя появится собственный сын, будешь ли ты растить его в молчании?

Дэнни долго ничего не отвечал. Правая рука медленно поднялась к лицу, и он стал задумчиво крутить большим и указательным пальцами воображаемый пейс.

— Да, — сказал он наконец, — если не найду другого способа.

Потом я спустился с Дэнни на улицу.

— Будешь к нам приходить порой по воскресеньям, изучать Талмуд вместе с моим отцом? — спросил он.

— Ну конечно, — отвечал я.

Мы пожали друг другу руки, и он быстро пошел прочь — высокий, худой, устремленный вперед, жадно предвкушая будущее, постукивая каблуками по тротуару. Очень скоро он повернул на авеню Ли и исчез.

Северная оконечность Бруклина, примыкающая к Ист-Ривер. В описываемое время — относительно бедный, неблагополучный иммигрантский район. ( Здесь и далее — примеч. перев. )

Район в центральной части Бруклина, населенный тогда зажиточными секуляризированными евреями.

Софтбол — «смягченный» вариант бейсбола (главное отличие — мягкий, менее травмоопасный мяч), в который играют преимущественно женщины и подростки.

Числа, 15:39.

В бейсболе нападающей считается команда, представленная на поле баттером (отбивающим). Защищающаяся команда представлена питчером (подающим), кэтчером (ловящим подачу), тремя бейсменами (ловящими отбитые баттером соперника мячи на «базах» — квадратах со стороною в 30 см), а также шорт-стопом (свободным защитником), между второй и третьей базами, и тремя «полевыми игроками» — аутфилдерами , «во внешнем кольце» позади баз. Отбив посланный питчером мяч, баттер бросает биту и бежит в сторону первой базы, пока мячом не завладела защищающаяся команда (его задача — обежать их все и вернуться на домашнюю базу), а его место занимает следующий баттер.

Страйк — «всухую» проигранное очко, после трех страйков отбивающий выбывает из игры.

Мяч должен пролетать на высоте от колен баттера до его плеча («страйк-зона»). Если выше или ниже, баттер может проигнорировать подачу, но если сделает движение битой, то очко проигрывает он.

Ублюдок ( идиш ).

Вторая база, где находится Рувим, — на линии, соединяющей подающего и отбивающего.

«Jesus Christ!» в устах ученика ешивы звучит, мягко говоря, странно, — видимо, Шварци щеголяет тем, какой он «настоящий американец».

Легендарный довоенный бейсболист.

Апикойрсим ( ивр. ), множественное число от «апикойрес» — безбожник, эпикуреец.

Питчер защищающейся команды допустил грубый тактический промах: ему следовало передать мяч третьему бейсмену, чтобы тот мог «осалить» полученным мячом бегущего на третью базу игрока нападающей команды и вывести его из игры.