Аля Аль-Асуани - Чикаго

Грэхем был одним из тех дерзких молодых людей, которые выступали против войны во Вьетнаме и заявляли, что отвергают все — церковь, государство, брак, работу и капиталистическую систему. Большинство из них оставили свои дома и семьи, бросили работу и учебу и проводили ночи в политических дискуссиях, покуривая марихуану, распевая песни, играя на музыкальных инструментах и занимаясь любовью. Днем же они разжигали пламя протеста. В августе 1968 года Демократическая партия собралась на съезд в Чикаго для избрания нового кандидата на пост президента Соединенных Штатов. Десятки тысяч молодых демонстрантов выступили против него. На исторических кадрах, которые транслировались на весь мир, они спустили американский флаг и подняли вместо него окровавленную рубашку, потом притащили жирную свинью, завернули ее в этот флаг и усадили на высокую кафедру, заявив, что это животное — лучший из кандидатов в президенты! Криком, насмешками, свистом и аплодисментами демонстранты выразили свою поддержку кандидату-хряку. Смысл их послания был очевиден: государственная машина в основе своей не может не быть гнилой, какие бы люди за ней ни стояли. Американские политики посылают детей бедняков на смерть во Вьетнам, чтобы приумножить свои многомиллионные доходы, в то время как их собственные сынки живут в безопасности, купаясь в роскоши.

Американская мечта — это иллюзия, гонка, в которой не будет победителя, но которая заставляет американцев трудиться в поте лица и участвовать в беспощадной конкуренции ради дома, престижной машины и летнего дачного коттеджа. Всю жизнь они проводят в погоне за призраком, а под конец обнаруживают, что обмануты и что победители этой гонки были известны заранее — горстка миллионеров, в чьих руках сосредоточено все. Процент миллионеров по отношению к остальным гражданам за пятьдесят лет остался неизменным, в то время как число бедняков постоянно росло.

День избрания хряка на президентство был историческим. Послание митингующих повлияло на общественное мнение, и миллионы американцев задумались о том, что, возможно, эти молодые люди правы. Произошли серьезные столкновения с полицией, парки превратились в поля боевых действий. Полицейские разгоняли демонстрантов с особой жесткостью и всеми имеющимися средствами — тяжелыми дубинками, водяными пушками, слезоточивым газом и резиновыми пулями. Студенты защищались, бросая камни и горящие баллончики со спреем для волос, превращавшиеся в их руках в мини-гранаты. Машины «скорой помощи» увозили сотни раненых, многие из них были смертельно ранены, сотни других арестованы. В тот день Грэхему дубинкой рассекли голову, и он две недели пролежал в больнице. До сих пор за ухом у него виднеется шрам.

В то время шла настоящая борьба: его несколько раз задерживали и приговаривали к тюремному заключению на разные сроки. А однажды он отсидел полгода по обвинению в возмущении общественного порядка, порче государственного имущества и нападении на полицейских. Однако он нисколько не раскаивался.

Годы Грэхем скитался неприкаянным, хотя, если бы захотел, мог бы жить комфортной жизнью, ведь он был врачом, выпускником Чикагского университета с отличием, что позволяло в любое время получить хорошую работу. Но Грэхем верил в революцию, она была для него религией, ради которой он мог пожертвовать собой. Выйдя из тюрьмы, он снова участвовал в демонстрациях, продолжал жить вместе с другими митингующими без работы и источника средств к существованию. Они были убеждены, что мир изменится и в Америке, и во многих других странах, произойдет революция, капиталистический режим рухнет, и они своими руками создадут новую Америку, справедливую и гуманную. Американцы обретут уверенность в будущем своих детей. Уже никогда больше не будет беспощадной бесчеловечной конкуренции, в витринах близких к банкротству магазинов исчезнут вывески типа «Работаем для вас в убыток себе» — рассчитанные на людей, одержимых дешевыми покупками.

Это были несбыточные мечты революционной молодежи. Вьетнамская война закончилась, волнения стихли, и большинство вчерашних бунтовщиков стали частью существующей системы — получили должности, обзавелись семьями, сколотили капиталы, изменили образ мыслей. Только Джон Грэхем, которому было уже за шестьдесят, оставался верен революции. Он не женился, потому что отвергал институт брака и считал, что не в состоянии нести ответственность за детей, рожденных в этот несправедливый мир. Его вера в возможность сделать мир лучше была непоколебима, только для этого американцы должны избавиться от капиталистической машины, управляющей всей их жизнью.