Бен Элтон - «Номер один»

Кельвин объявил перерыв и нашел номер Эммы в банке данных сотрудников в своем компьютере.

– Я знаю, что сегодня вечером ты свободна, – сказал он, – поэтому, возможно, нам удастся кое-что обсудить.

– Благодаря тебе я свободна до конца жизни, – ответила Эмма.

– Тогда поужинай со мной.

– С какой стати? Что происходит?

– Я хочу накормить тебя ужином.

– Мне не нужен ужин. Мне нужна работа.

– Ну, возможно, мы поговорим об этом.

– В смысле?

– За ужином. Мы поговорим о твоей работе, если хочешь.

– Ничего не понимаю. Кельвин, что происходит?

– Ничего не происходит.

– Какого черта, Кельвин? – сердито спросила она. – Это что, какая-то игра, в которую тебе нравится играть со своими сотрудницами?

– Слушай, Эмма, ничего не происходит, понятно? Я работаю. Я говорю. Я действую инстинктивно.

– Ты увольняешь людей.

– Ну, извини. Позволь угостить тебя ужином.

– Нет! Мне не нужно угощение, и мне вообще не нравится этот разговор. Я не хочу, чтобы со мной играли. Что происходит?

– Я ведь только что сказал, что ничего не происходит. Перестань спрашивать меня, что происходит. – К Кельвину снова возвращался его деловой, командный тон. – А теперь послушай, Эмма, у меня совещание. Ты знаешь, как важен сегодняшний день и до чего он сложен, ведь ты сама работала в шоу, поэтому я не собираюсь продолжать этот разговор, пока мы не сможем поговорить в более спокойной…

– Ты женатый мужчина!

– Неправда.

– Нет, правда. В журнале «Hello!» была статья о свадьбе.

– Ладно, я женат, но это в прошлом.

– Ты ее тоже уволил?

– Нет, она… Слушай, как, черт возьми, все это связано с моей женой?

– Потому что ты приглашаешь меня на ужин.

– Да, на ужин. Я не предлагаю тебе руку и сердце.

– Ну а что ты предлагаешь? Что происходит?

– Перестань спрашивать меня, что… Слушай… Эмма, пожалуйста, ты ведь знаешь, что я должен возвращаться на это чертово совещание. Поэтому перестань спрашивать меня, что происходит, и скажи, что ты со мной поужинаешь.

Последовала долгая пауза.

– Эмма? – настаивал Кельвин. – Мне правда нужно возвращаться на совещание.

– Хорошо. Я согласна. Но…

Он не дал ей договорить:

– Я пришлю за тобой машину к восьми.

На этом разговор закончился. Эмма постояла, глядя на телефон, и вдруг пришла в ярость. В бешенство. Ублюдок! Кем он себя возомнил? Ей вообще не следовало соглашаться. Почему она согласилась? Почему она не сказала ему, чтобы он шел к черту? И… что же ей сегодня надеть?

Кельвин сразу же почувствовал себя лучше. Он хотя бы ненадолго пришел в согласие с самим собой. Ее не было в комнате, и она не отвлекала его, но и ее отсутствие тоже не отвлекало, потому что он скоро снова с ней увидится. Поэтому пока что он мог полностью сосредоточить свои усилия на работе.

– Следующий.

Появился прикольный гот.

«Я член группы «Без головы», и я…»

– Хорошо, подойдет. Следующий.

Еще один прикольный гот.

«Я прибыл из далекой, далекой галактики…»

– Притормози. У нас достаточно готов для коллажа? – спросил Кельвин.

– Боюсь, недостаточно, – сказал Трент.

– А что, если добавить нескольких «трекки» и мистиков и сделать общий коллаж из лунатиков?

– Тогда хватит, точно хватит. У нас четыре воскресших Элвиса и одна Пэтси Клайн.

– Потягаться с Джоном Ленноном так ни у кого наглости и не хватает? – спросил Кельвин. – Хорошо, оставим его. Следующий.

Старушки, симпатичные дети, уродливые ботаники, бандиты, считающие себя Эминемом, жирные шлюхи с забавными региональными акцентами.

«Йа спайу «C'mon Byeby Loit Моу Foyer».

– Отличная тетка, – сказал Кельвин. – Следующий.

Унылый, лысый коротышка, который признался, что влюблен в Берилл:

«Она просто создана для меня. Она такая добрая и милая, и я не считаю, что мой маленький рост может стать препятствием. С ней я буду чувствовать, что мой рост десять футов».

– Оставляем его, – сердито бросил Кельвин. – Шевелись, Трент! Не разбазаривай мое время.

– Я подумал, это может стать постоянной темой, – храбро ответил Трент.

– В смысле, что Берилл привлекает карликов?

– Да, это всегда так хорошо срабатывает. Знаешь, все дело в сексуальности Берилл и ее образе отличной мамочки. В смысле, карлики могут быть довольно милыми, правда? И они размером с ребенка. Это вроде как объединяет секс и материнство. Когда она их обнимает, они теряются между ее грудей, она вроде как одновременно и удовлетворяет их, и грудью кормит.