Питер Пиццелли - Кухня Франчески

— Я слишком долго ждала, — буркнула она себе под нос.

Закрыв двери, Франческа направилась к автомобилю.

— Ты понимаешь, что ты затеваешь?

В круглых глазах Пэг читалось откровенное недоумение. Франческа, как и ожидала, увидела подругу в компьютерном классе. Возле Пэг сидела Натали, которая взирала на Франческу с таким же выражением лица. Конни, если бы находилась рядом, а не в другом библиотечном зале, вероятно, состроила бы точно такую же мину.

— Фрэнни, — продолжала Пэг, — нам понятно твое желание чем-то занять себя, но неужели ты хочешь сидеть с плаксивыми чужими детьми?

— В объявлении не говорится, что им нужна нянька, — запротестовала Франческа. — Там сказано, что требуется «ответственная особа», которая могла бы посидеть с двумя детьми после школьных занятий. Что в этом плохого?

— Вот так обычно все и начинается, — предупредила Натали. — Ты просто не знаешь, какие нынче современные родители. Сначала они говорят, что будут дома в пять. На следующий день они попросят тебя чуть задержаться, потому что у них завал на работе. Не успеешь опомниться, как они уже шатаются допоздна где попало, пока ты сидишь с их детьми. Поверь мне, я часто видела такое.

Пэг энергично закивала в знак согласия:

— Она права, Фрэнни. Эти люди будут тебя использовать. Именно такой случай произошел с моей дочерью. Один раз она согласилась посидеть с соседским ребенком после школы. На следующий день мать попросила ее прийти опять. После этого она звонила почти каждый день и под разными предлогами просила дочь присмотреть за девочкой. Так продолжалось до тех пор, пока в один прекрасный вечер родители не заявились аж в десять часов. После этого моя дочь решила, что с нее хватит.

— Как жалко девочку, — обронила Франческа.

Подруги не убедили ее и не сказали ничего нового. Она все это знала и нередко переживала, что в такой процветающей стране многим детям порой не хватает самых простых, но бесценных для ребенка вещей.

— Забудь об этом, — посоветовала Натали. — И вообще, откуда такое рвение?

— Сама не знаю, — ответила Франческа. — Спросите меня, почему я дышу. Не понимаю, откуда это взялось, но если я отступлюсь от задуманного, то потом буду горько сожалеть. Я не могу иначе.

— На твоем месте я бы сперва успокоилась, а потом пораскинула бы мозгами, перед тем как что-либо предпринять, — сказала Пэг.

В этот момент в дверях возникла Конни. Пэг и Натали быстро ввели ее в курс дела.

— Ты что, с ума сошла?! — воскликнула Конни. — Что ты знаешь об этой семье?

— Ничего, — ответила Франческа, пожимая плечами. — В объявлении сказано «работающая мать ищет ответственную особу», которая сидела бы с детьми после школы. Больше мне ничего о них не известно.

— Вот и еще одна причина не браться за это дело, — напирала Натали. — Подумай только, во что ты можешь вляпаться, согласившись на такую работу.

— О, за меня не беспокойтесь, девочки, — отмахнулась Франческа. — Я себя в обиду не дам. И кто вам сказал, что мне достанется эта работа? Просто хочется узнать, на что я еще способна.

— Ну что ж, твоя жизнь, ты и решай, — ответила Пэг, отворачиваясь к компьютеру. — Но, на мой взгляд, ты ищешь себе неприятности.

— Может быть, может быть. Но разве не для этого мы живем? — парировала Франческа.

Она оставила подруг в компьютерной, а сама пошла к каталогу, чтобы выбрать книги по воспитанию детей.

— Ма-а!

Лоретта Симмонс слышала знакомый голос, доносившийся издалека, словно эхо в горном ущелье.

— Ма-а!

На этот раз голос звучал ближе и настойчивее.

— Вставай, мам! Мы же опять опоздаем!

Сжав простыню, Лоретта Симмонс попыталась приоткрыть глаза. С трудом оторвавшись от подушки, она откинула со лба прядь волос и взглянула сначала на сына, стоявшего возле ее кровати, потом на часы. 7.25. Опять она не услышала будильник. Дети уже никак не успеют на школьный автобус, значит, придется везти их в школу. Уронив голову на подушку, она тихо застонала и снова сомкнула глаза.

До пробуждения Лоретте грезился чудесный сон, который она не хотела отпускать. Этот сон все чаще и чаще снился ей в последнее время. И всякий раз, когда она его видела, он вызывал, как ни странно, одни и те же переживания.

Она стоит на балконе с видом на морской залив. Лунный свет мерцает на водяной глади. Ласковый ветер касается ее лица. Где-то внизу льются приятные, волнующие, чуть слышные звуки музыки. Конечно, она не одна. Рядом с ней мужчина. Что-то знакомое чудится в его фигуре, но разглядеть его невозможно.