Питер Пиццелли - Кухня Франчески

— Но ведь живу же, — ответил Джо. Он хотел было опять отвернуться к окну, давая понять, что разговор закончен, но заметил красный мигающий огонек автоответчика.

— Тебе сообщение. Хочешь прослушать?

— Нет, оставь, — быстро ответила Франческа. — Я послушаю позже.

— Как хочешь, — ответил он и лукаво взглянул на нее. — Знаешь, я звонил тебе сегодня днем и вчера тоже. Тебя долго не было. Что-нибудь случилось?

— С чего это взбрело тебе в голову? — взволнованно спросила Франческа.

— Да так, — спокойно ответил Джо. — Просто интересуюсь.

— Не лезь в мои дела, а я не буду лезть в твои, — сказала Франческа.

— Но ты вечно спрашиваешь, как у меня дела, — стал оправдываться Джо.

— Я же твоя мать. Это мое право.

— Хорошо. Ты босс.

Франческа подождала, пока Джо уйдет, и только тогда стала прослушивать автоответчик. Как она и ожидала, звонили Элис и Рози. Надо будет перезвонить им. Но сначала надо как можно скорее сообщить миссис Симмонс, что она сможет посидеть с ее детьми.

Когда на следующий день Франческа пришла к семи часам к Симмонсам, дверь открыл Уилл. Впустив ее, он тут же умчался в гостиную, где играл в любимую приставку. Миссис Симмонс собиралась наверху, откуда раздавались звуки ссоры. Весь сыр-бор разгорелся из-за пары сережек, которую кто-то не положил на место, когда рылся в маминой шкатулочке с украшениями. Лоретта кричала, что тысячу раз повторяла не лазить туда, а Пенни со своей стороны отрицала все обвинения тоном оскорбленной невинности.

Франческа усмехнулась. Ничего удивительного — типичная сцена между мамой и дочкой. Ей ли было не знать этого. Сколько раз Франческе вот так же приходилось разбираться со своими дочерьми.

— Подальше от линии огня, — бросила Франческа Уиллу, проходя на кухню с большим пакетом в руках.

Мальчик оторвался от игры.

— Так каждый раз, когда она наряжается, чтобы куда-нибудь пойти, — вздохнул он.

— И часто мама куда-нибудь ходит? — спросила Франческа.

— Совсем нечасто, — признался Уилл. — Но это всегда стихийное бедствие. — Он указал на пакет. — А что там?

— Кое-что на потом, — ответила Франческа. — Иди, посмотришь.

Уилл бросил игру, вскочил с дивана и поскакал на кухню. Стоя рядом, он внимательно смотрел, что Франческа достает из пакета. Она улыбнулась и вынула колоду карт.

— Я подумала, что нам пригодятся карты, если мы захотим поиграть.

— А что еще? — спросил Уилл.

— Еще я принесла вот это, если мы захотим посмотреть какой-нибудь интересный фильм, — сказала она, доставая попкорн.

Глаза мальчика загорелись, но очень быстро потухли.

— Что-нибудь еще? — с надеждой спросил Уилл.

— Только это, — сказала Франческа, медленно вытаскивая торт, накрытый стеклянной крышкой. Она поставила торт на стол и приподняла крышку. Запах свежей выпечки поплыл по всей кухне.

— Вот здорово! — радостно заголосил Уилл.

На пороге кухни возникла Пенни.

— Что здесь у вас? — с откровенным любопытством спросила она.

— Угощение, — объяснила ей Франческа, — если, конечно, будете себя хорошо вести. Может быть, вечером приготовим еще и горячий шоколад.

В дверь неожиданно позвонили. Уилл и Пенни обменялись тревожными взглядами и, прячась за Франческой, пошли вместе с ней открывать.

— Добрый вечер, м-м… Нед Хадли, — поздоровался молодой человек, едва дверь открылась.

Франческа выглянула на дорожку возле дома, которую Хадли закрывал собой, и увидела роскошную черную машину.

— Франческа Кампаниле, — невозмутимо ответила она. — Заходите.

Хадли вошел, и Франческа тут же окинула его с головы до пят оценивающим взглядом. От нее не ускользнула ни одна деталь: модный костюм, начищенные ботинки, холеная внешность. Да, в привлекательности ему нельзя было отказать: идеально подстриженные волосы, правильные черты лица и, несомненно, круглая сумма денег в кармане. Но весь его облик и даже его улыбка почему-то вызывали невольное раздражение. Особенно покоробила Франческу развязность, с которой он подмигнул детям. Они, растерявшись, кидали на него боязливые взгляды, отступив на несколько шагов назад.

— Привет, ребятишки. А где ваша мама? — елейно спросил он.

— Я готова, — послышался сверху голос Лоретты.

Она спускалась по лестнице и надевала серьги. Через мгновение Лоретта была уже у дверей. На ней красовалось черное вечернее платье, очень изящное и женственное. Она быстро накинула пальто и поцеловала детей.