Питер Пиццелли - Кухня Франчески

— Я могу все объяснить, миссис Симмонс, — волнуясь и не осмеливаясь смотреть ей в глаза, пролепетала Бренда.

— Конечно, можете, — съязвила Лоретта, — но незачем так утруждать себя.

Выпроводив Бренду, Лоретта присела на лестничную ступеньку и тоскливо уставилась на пол. Вздохнув, она уперлась локтями в колени и положила подбородок на раскрытые ладони. Уилл и Пенни спустились к маме и уселись с разных сторон на ступеньке повыше. Пока Бренда не ушла, они не высовывались из своих комнат.

— Нам не хотелось тебе говорить, ма, — сказала Пенни. — Ведь мы знаем, с каким трудом ты находишь для нас хоть кого-нибудь.

— Понимаю, — ответила Лоретта. — Простите меня.

— Нам никто не нужен, — подтвердил Уилл. — Мы уже достаточно взрослые и можем оставаться дома одни.

— Он прав, мам, — подхватила Пенни. — Мы справимся.

Лоретта обхватила детей за плечи и, прижав к себе, поцеловала каждого в макушку.

— Спасибо, дорогие. Но я никогда не оставлю вас одних. Никогда. — Она вздохнула и встала.

— Что ты собираешься делать? — спросил Уилл.

— Что мы обычно делаем в сложных ситуациях? Переходим к плану «Б».

— И что это за план «Б»? — спросила Пенни.

— Скажу, как только его проверю, — ответила Лоретта.

Она прошла на кухню и принялась перебирать газеты, валявшиеся на стойке, пока не нашла то, что искала. Взяв телефонную трубку, она набрала номер, записанный сбоку на газете. Сигнал прогудел всего два раза, и на другом конце провода ответили.

— Здравствуйте, миссис Кампаниле. Извините за беспокойство. Это Лоретта Симмонс…

Повесив трубку, Франческа села за кухонный стол и задумалась. Звонок Лоретты Симмонс удивил ее. Был вечер четверга, после их беседы прошла ровно неделя. С каждым днем она все больше убеждалась в том, что молодая мать подыскала для детей кого-то другого. Франческа утешалась мыслью, что все к лучшему. Ее подруги правы, она не годится для такого дела. Сегодня за ужином, пока ела куриный суп с овощами, Франческа окончательно решила выбросить нелепую затею из головы. И тут как нарочно зазвонил телефон.

Мало того, что звонок застал ее врасплох, так и просьба миссис Симмонс была неожиданной. Она попросила Франческу приступить к работе прямо завтра!

Франческа настолько поразилась, что не сумела отказать Лоретте и пообещала завтра прийти. Она обдумывала сложившуюся ситуацию, и вдруг ею овладело странное ощущение испуга и одновременно ожидания завтрашнего дня. Встав из-за стола, она поставила тарелку в раковину. «Лео, куда меня понесло? — размышляла она, пока мыла посуду. — Что со мной, неужели я схожу с ума?»

Ключ от дома Франческа нашла за почтовым ящиком, на том самом месте, где он, по словам Лоретты, и должен был лежать. Она замешкалась перед дверьми, не решаясь открыть их. Разумеется, она знала, что дома никого нет, но ей хотелось произвести хорошее впечатление на сам дом. Франческа верила, что у каждого дома, как и у человека, свое неповторимое внутреннее устройство, своя собственная душа, если хотите. Но пока она открывала замок, у нее возникло ощущение, что дом робеет, при ней ему неудобно и неловко. Почувствовав это, Франческа вошла внутрь медленно, как бы давая дому время обвыкнуться, принять ее.

Зайдя внутрь и закрыв двери, Франческа остановилась в прихожей, осматриваясь, подмечая детали. Здесь мало что изменилось с момента ее первого визита. Нельзя сказать, что в доме было грязно, но создавалось впечатление давно привычного, обжитого беспорядка. Впрочем, трудно было ожидать чего-нибудь другого от дома, где хозяйничала одинокая работающая мамаша с двумя детьми на руках.

Франческа переобулась в свои тапочки. Пройдя в гостиную, она наметанным глазом сразу оценила обстановку. Хотя был уже конец января, на окнах все еще висели новогодние украшения, а в углу стояла искусственная рождественская елка. Подушки на диване валялись как попало, а на кофейном столике скопилось газет, вероятно, за всю неделю, которые, судя по их виду, никто не читал. Со стороны дивана столик был усыпан крошками. Похоже, здесь ели прямо у телевизора.

На кухне царил страшный бедлам. Едва войдя, Франческа увидела разбросанные повсюду школьные тетрадки, почту, какие-то пакеты. Ко всему прочему в раковине возвышалась гора грязной посуды.

Франческа подошла к лестнице, ведущей наверх. Нижние ступеньки были с обеих сторон заставлены обувью, книгами, щетками и прочим хламом, оставляя совсем узкий проход. Ей было крайне любопытно взглянуть, что творится в спальнях, но Франческа решила не подниматься. Она увидела достаточно и уже составила свое мнение о том, в каком трудном положении находится эта семья. Она вернулась в гостиную и, присев на диване, стала ждать детей.