Уильям Сатклифф - А ты попробуй

Специально чтобы его позлить, я купил себе одну из них.

Мы решили передохнуть несколько дней и двинуться вниз в Раджастан.

Чтобы добраться до Раджастана, нам пришлось вернуться на автобусе в Дели, и уже оттуда отправиться на поезде на запад в Джайпур. Все это плелось еле-еле, внутри было жарко, грязно, неудобно, и воняло. Вдобавок, во время поездки Рэндж вдруг подружился с Джереми, и это страшно выводило меня из себя.

На каждой остановке вместо того, чтобы проклинать несчастную колымагу за то, что она еле тащится, они выпрыгивали из вагона, бродили вокруг, болтали, покупали жрачку и чай, швырялись деньгами, и только движение автобуса/поезда могло прервать это удовольствие. Я попробовал делать то же самое, и очень скоро мне понравилось.

Хитрость заключалась в том, чтобы смотреть на путешествие другими глазами. Если ты просто добираешься из пункта А в пункт Б, тебе кранты. Через некоторое время начнешь грызть от тоски собственные пятки. Нужно смотреть на путешествие, как на процесс. Это ведь тоже определенного рода деятельность, ритуал, вращающийся вокруг разговоров, еды, остановок и разминок. Можно сказать, что поездка – это маленькая вечеринка.

Впервые я разговаривал с индусами, и хотя никто из них не говорил по-английски настолько, чтобы сообщить мне что-либо интересное, держались они приветливо и один раз даже заплатили за чай. Я отказывался, но они настояли. Меня смутил этот жест, поскольку я уже твердо усвоил теорию: никогда не доверяй индусам, это шайка бандитов, которые почитают за доблесть надуть тебя в жопу через соломинку, потому что ты богатый, и руки у тебя – в крови колоний, а если они с тобой разговаривают, значит им что-то от тебя надо. Чашка чая стоила два пенса, и я не понятия не имел, чем должен буду за нее расплачиваться. Вроде, никто не просил меня подарить кредитную карточку, и мне с трудом верилось в существование сложного плана, когда мое расположение должно принести им выгоду в будущем. Как бы там ни было, я стал объектом на редкость трогательной заботы, и мне это нравилось.

Раньше все эти толпы индусов только и мечтали затащить меня в свой магазин, ресторан, отель или такси – они хотели только моих денег; и вдруг поезд оказался некомерческой зоной. Меня оставили в покое, а если кто-то заговаривал, то потому – наверное, – что ему хотелось поболтать. После того, как несколько человек заплатили за мой чай и исчезли, даже не поинтересовавшись, где меня искать, я начал подозревать, что имею дело с настоящим гостеприимством. Все это было очень странно.

Я всегда считал, что перемещения в пространстве – это херня, и их приходится терпеть только потому, что надо добраться до места, которое хочешь увидеть, теперь же я заподозрил, что как раз цель-то – дерьмо, которое надо терпеть ради путешествий.

Все это становилось очень интересным. Мое “Нннн” превращалось в “Мммм”.

Джереми знал в Джайпуре клааассный отель, и сразу потащил нас туда. Заведение оказалось действительно приятным, так что мы кинули сумки, отмылись и остаток дня провалялись на кроватях.

Мы с Лиз были в комнате вдвоем, и я зачем-то спросил, с чего это она вдруг втрескалась в Джереми.

– Не будь идиотом.

– Я не идиот.

– Я ни в кого не втрескалась! Я терпеть не могу бородатых.

– Честно?

– А если бы и втрескалась, что с того?

– Что значит, если бы и втрескалась?

– Если бы я в него действительно влюбилась?

– Ну, я не знаю...

– Я имею право влюбляться в кого хочу и не спрашивать у тебя разрешения.

– Я просто подумал, что раз между нами...

– Что между нами?

– Ну, ты понимаешь...

– Не понимаю.

– Понимаешь. Между нами имеются в некотором роде сексуальные отношения.

– Между нами нет сексуальных отношений, Дэйв.

– Разве?

– Разве. Тем более, что теперь мы все прекращаем. Я не могу больше все это выносить.

– Но... мы же...

– Говорю тебе в который раз: я люблю Джеймса. Сколько еще я должна повторить, чтобы до твоей дубовой головы наконец дошло? Между нами ничего не будет.

– Но ведь уже было.

– То, что было, ничего не значит. Я думала, это ясно. Заруби себе на носу – мы просто друзья, и все это не больше, чем игра. И хватит носиться с бредовой идеей, будто мы можем стать любовниками. Этому надо положить конец. Прямо сейчас. Раз уж ты сам не в состоянии понять.

– Я не говорил, что мы любовники. Я в тебя не влюблен. Я просто думал...

– Слушай, ты вбил этот бред себе в голову давным давно, и надеялся, что что-то получится, но ничего не вышло, как я тебя и предупреждала, если ты помнишь.