Лоуренс Норфолк - Словарь Ламприера

Ламприер увидел колонки цифр, списки провизии, счета от корабельных плотников и прочие расходы.

— Вот где они кончаются, — сказал Теобальд. Ламприер увидел, что колонки цифр внезапно обрываются на 1766 годе. Страница пожелтела от времени и покрылась пятнами плесени, но, кроме этих пятен, на ней больше не было ничего.

— И что? — спросил Ламприер. — В этом году он утонул?

Теобальд кивнул.

— Нет общего итога, — сказал он. — И нет документа об уплате. Страховку так никто и не потребовал. Ни на груз, ни на сам корабль.,

Ламприер начал понимать, что это и было то «доказательство», ради которого Теобальд потащил его через весь город, и он уже был готов взорваться, когда увидел, что плечи архивариуса трясутся, а по щекам его катятся крокодиловы слезы.

— Джордж был совершенно прав, — всхлипнул он, и Ламприер, вынужденный присоединиться к этой пантомиме, стал дружески похлопывать его по спине. Но тут его рука застыла в воздухе, а слезы Теобальда в одно мгновение высохли: дверь, в которую они вошли, снова открылась.

Они повернулись и увидели, как в архив входят два человека, освещенные светом лампы, которую держит за их спинами третий, большой и широкий, с трудом протиснувший плечи сквозь узкую дверцу. Теобальд погасил свою лампу и увлек Ламприера в глубь сумрачного архива. Ламприер быстро бросил взгляд на Теобальда, ожидая прочесть на его лице ужас, но архивариус был собран и хладнокровен. Позади маячили три черные фигуры.

Двое почти потерялись из виду, третий на расстоянии шестидесяти футов превратился в темное пятно в свете лампы. Ламприер и Теобальд бесшумно пробирались между заплесневелыми стопками бумаги, преследуемые по пятам приглушенными голосами; слова беседы расслышать было невозможно. Они видели отблески лампы и того, кто ее держал, а двое других стали уже совсем невидимы.

— Что они делают? Кто они такие? — прошептал Ламприер. Теобальд только покачал головой и потащил его дальше. Но в каком бы направлении они ни двигались, казалось, что свет лампы все время следует за ними: незнакомцы словно прочесывали архив, отрезая им путь к отступлению. Время от времени они слышали звуки шагов тех двоих невидимок; тогда Теобальд с Ламприером пятились назад, в темноту, и звуки пропадали. Таким образом они бродили по архиву достаточно долго; по крайней мере, так показалось Ламприеру, для которого минуты сейчас растягивались в часы. Потом Ламприер шагнул за угол, и там, в нескольких шагах от него, стояла чья-то фигура. У Ламприера перехватило дыхание, фигура повернулась; тогда он схватил ее, зажав ей рот рукою, чтобы она не закричала, прижал к себе и стиснул изо всех сил. Лампа приближалась, теперь она находилась от него футах в двадцати. Желтый свет крадучись двигался по коридору. Наконец луч света коснулся схваченного Ламприером тела, и он тут же услышал знакомый ему голос. Он не ошибся — силуэт в дверях был ему знаком. Силуэт и голос принадлежали Кастерлею. Девушка, которую он сжимал в объятиях, была Джульеттой. Виконт звал ее и двигался по направлению к ним. Глаза ее расширились от ужаса. Кастерлей снова окликнул ее.

— Ответь ему! — прошипел Ламприер ей в самое ухо. Она покорно взглянула ему в глаза, и Ламприер убрал ладонь с ее рта. Тянулось долгое мгновение. В душе Ламприера мелькнуло безумное желание продлить его хоть немного. Лампа была всего в футе от них, и шаги виконта приближались.

— Подожди! — крикнула Джульетта и шепнула Ламприеру: «Завтра». На ее лице застыл ужас. Потом она исчезла в темноте.

— Пойдем! — приказал ей виконт, и Ламприер услышал, как она слегка упирается, а виконт тащит ее за собой. Тогда юноша понял, кого она боялась.

Он хотел было двинуться за ними, но Теобальд остановил его. Они смотрели, как удаляется лампа Кастерлея, желтый свет которой выхватывает из темноты стопки бумаг, как все трое движутся к дальней от выхода стене. Когда от них осталось лишь слабое мерцание футах в семидесяти, Ламприер медленно пошел следом. Потом он услышал скрип, похожий на звук открывающейся двери, свет лампы качнулся и исчез. Раздался скрежет ключа. Ламприер вскочил и побежал вперед в кромешной тьме.

Теобальд снова зажег свою лампу и пошел за юношей. Гигантская тень с дальней стены ринулась навстречу Ламприеру, чтобы слиться с ним, когда он добрался до конца архива. Архив заканчивался стеной с сотнями ниш, тянущимися направо и налево. В каждой нише была дверца, еще более низкая, чем та, в которую они вошли.