Лоуренс Норфолк - Словарь Ламприера

В изначальном плане Ле Нотра это просматривалось совершенно отчетливо. Апельсиновые деревья располагались стройными рядами, начинаясь с двух сторон террасы, которой заканчивалась задняя стена дворца, и доходили до искусственного озера. Первый в жизни Людовика учитель математики говорил ему, что параллельные линии встречаются в точке, бесконечно удаленной от наблюдателя, то есть, что само собой разумеется, — у подножия престола Господа Бога; Людовику больше нравилась эта метафора, чем точное определение, и он часто вспоминал ее, смутно ассоциируя с собственным троном, освященным божественной властью. Сидя на террасе после дневного официального приема, он находил некоторое утешение в созерцании длинных, ровных рядов апельсиновых деревьев, посаженных в квадратные деревянные горшки и аккуратно подстриженных. Они убегали к озеру. Стоило только прищуриться, как линии встречались, и Бог оказывался в озере.

Изменения начались месяц назад: какие-то незначительные перестановки, которые, впрочем, стали еще больше бросаться в глаза к концу марта. В апреле их уже невозможно было не заметить. Апельсиновые ряды теперь сходились в одну точку. Сначала Людовик подумал, что какой-нибудь чересчур усердный лизоблюд потихоньку переставляет их по ночам при свете луны, ожидая только монаршего знака, чтобы раскрыть свою преданность. Естественно, король заулыбался во весь рот в сторону деревьев, захлопал в ладоши и, приглашая на террасу, приветливо воскликнул: «Ха-ха!» Но никто не появился. Тогда Людовик решил, что это куролесят садовники. У деревьев расставили караул, но стражники никого не поймали. Итак, к заботам короля добавилось еще и непонятное поведение апельсиновых деревьев, некогда служивших ему самым явственным символом нерушимого порядка вещей.

А забот у Людовика хватало. В Вандее вероломные таможенники занялись разбоем, установив свою собственную систему пошлин через организацию, которую король на всякий случай упразднил. Офицеры, посланные для подавления негодных ослушников, подверглись жесточайшим преследованиям; угрожали даже их семьям. Мятежный парламент несколько поутих, когда Его Величество объявил об отмене lettre de cachet , и на какое-то время Людовик почувствовал себя в безопасности. Но теперь его решение обернулось против него. При словах «налоговая реформа» он всякий раз испытывал приступ острой депрессии и начинал гадать, какие бедствия разразятся после его очередного указа. Когда он ничего не предпринимал, события разворачивались вокруг помимо его воли. А когда он предпринимал что-то, весь мир кругом застывал в неподвижности. К тому же его беспокоили эти апельсиновые деревья.

Конечно, его план возобновления торговли женскими часами не вызвал особых осложнений, как и утверждение нового состава чиновников Управления морских дел. И все же обстоятельства словно сговорились действовать королю наперекор. Отчеты банковских директоров на генеральном собрании вызвали скандал, который просочился в прессу и еще больше был раздут газетчиками, а отставка месье Кабура только усилила скандальную ситуацию. Самые разные ведомства, кажется, находят удовольствие в том, чтобы пересчитывать суммы задолженностей, приведенные Неккером, и дефицит в еженедельных публикациях оказывается все выше и выше. Кроме того, король утвердил новые налоги, а парламенты Тулузы, Руана и Монпелье отказались их признать. Небольшие мятежи прокатились не только по этим городам, но и по некоторым другим, где новый указ встретили с уже привычной враждебностью. Работы в Шербуре почти остановились, а расценки, достигшие уже четырех, а то и пяти миллионов, в течение месяца продолжали расти. Впрочем, это была уже забота Управления морских дел. Водрэй и Бугенвиль направили подкрепление в свои секретариаты, чтобы проект был выполнен к сроку и удалось уложиться в отведенные суммы. Это было на прошлой неделе. Итак, месье Дюлюк и месье Протагор по поручению Службы Финансов, где их хитроумная деятельность по преодолению дефицита уже вызвала всеобщие похвалы, хотя и несколько приглушенные, должны будут проехать из Шербура в Ла-Рошель. Здесь их ожидало другое задание. Водрэй возлагал на них большие надежды; даже сам Кардинал дал им свои рекомендации. Дефицит, естественно, до сих пор оставался огромным, но насколько хуже могло бы быть, если бы не усилия месье Дюлюка и месье Протагора? Королю было даже страшно об этом подумать.