Бен Окри - Голодная дорога

Четыре человека, которые только что пришли, искали места, чтобы сесть, и сгрудились возле моего столика. Мне пришлось уступить им стол. Я взял маленький табурет, сел рядом с глиняным котлом и стал наблюдать за переполненным баром.

Мадам Кото в своем ожерелье из белых бус излучала силу. Вечер густел, и она становилась все более темной и величественной, в то время как клиенты начали распоясываться. Ничто ее не задевало, даже то, что мужчины начали к ней приставать. Первый человек с большим глазом, который все распухал, пока он пил, как будто этот глаз был желудком, сказал ей:

— Мадам, идите сюда и сядьте мне на колени.

— Давайте посмотрим, сможете ли вы удержать стакан вина, прежде чем вы удержите меня, — ответила она с достоинством.

— Эта мадам слишком гордая, — сказал другой из этой компании.

— Гордая и сильная, — ответила она.

— Присядьте ко мне, давайте поговорим о женитьбе, — сказал человек с головой, похожей на клубень ямса.

— Женись на себе.

— Так вы думаете, что я недостаточно мужчина? — спросил первый человек, протягивая к стакану вина свои три пальца.

— Нет, — ответила она.

Бар загрохотал от странного иронического смеха. Мужчина в темных очках смеялся больше всех и барабанил по столу.

— Наверное, этот мальчик — ее муж, — сказал другой мужчина, отставляя свой стакан и потирая его.

Его белые глаза не двигались. Они были похожи на птичьи, и я не мог сказать, на что они смотрят.

— Это мой сын, — сказала она.

— Это правда?

— Да.

— Не могли бы вы нам его продать?

Внезапно бар затих. Мадам Кото уставилась на мужчин в темных очках. Все остальные посетители осторожно за ней наблюдали. Затем она повернулась ко мне, и глаза ее засветились от любопытства.

— Зачем?

— Чтобы мы взяли его с собой.

— Куда?

— В разные места.

— За сколько?

— Столько, сколько вы захотите.

— У вас что, так много денег?

— Очень много.

Тишина в баре стала абсолютной. Затем засмеялся карлик. Он блеял, как козел. Высокий человек с маленькими глазками тоже засмеялся. Его смех звучал, как крик гиены.

— Назовите свою цену, Мадам.

Мадам Кото посмотрела на посетителей, как будто видела их в первый раз.

— Кто-нибудь еще хочет пальмового вина?

— Пальмового вина! — закричали все в унисон.

— И перечного супа!

И они снова разразились смехом, продолжая горлопанить, как будто ничего не произошло.

Мадам Кото обслуживала их, и они ели, пили, и все им было мало. Они выпили уйму вина и не захмелели. Они сидели, попивая вино и разговаривая, словно вино — это вода. Напились только двое в темных очках. Они продолжали потирать свои полупустые стаканы. Один из них даже достал свой глаз, протер его, подул на него, утопил в пальмовом вине и вставил обратно в красную глазницу. Затем он снова надел очки. Посетители грызли и глотали куриные кости. Они ели и пили так много, что Мадам Кото стала приходить в отчаяние. У нее вышли все запасы еды и питья, а вечер еще не стал ночью. Она бегала взад-вперед, разожгла новый огонь, давала торопливые распоряжения по поводу пальмового вина, и в это время ко мне подошел карлик. Заразительно улыбаясь, он сказал:

— Возьми это. Тебе это пригодится.

Он протянул маленький перочинный ножик. Я положил его в карман и забыл о нем. Затем карлик вышел на задний двор. Я слышал, как он писает в буше. Он вернулся, улыбаясь, и затем без единого слова вышел, не заплатив. Я сказал об этом Мадам Кото, и она спросила:

— Какой такой карлик?

Я пошел обратно в бар и сел. Высокий человек сказал:

— Пойдем с нами.

— Куда?

— Я возьму тебя в путешествие вокруг света. Пешком. Все свои путешествия я совершаю пешком. Как верблюд.

— Нет.

— Если ты не согласишься, мне придется взять тебя силой.

— Ты не сможешь.

Он улыбнулся. Женщина тоже улыбнулась. Я решил, что они более пьяные, чем я думал, и перестал обращать на них внимание.

В баре было столько людей, что не осталось ни одного свободного места. Некоторые сидели на полу. Меня столкнули с моей табуретки. Запахи в баре стали странные и невыносимые — запахи трупов и дождя, орегана, манго и гнилого мяса, запахи благовоний и козлиной шерсти. И затем внезапно я понял, что не понимаю ни слова из того, о чем говорят посетители. Они разговаривали так, как будто давно знали друг друга. Они говорили на иностранных языках и то и дело показывали на фетиш Мадам Кото. Казалось, он их развлекал. Затем они пристально смотрели на меня, что-то высчитывали на пальцах, смеялись, пили, успокаивались, и снова смотрели на меня.