Бен Окри - Голодная дорога

— Смотри не потеряй, — сказал он. — Это последние деньги в доме.

У Мамы на лице появилось жалкое и беспомощное выражение, словно она входила в начальную стадию затяжной болезни.

— Так ты собираешься драться с ним? — спросил я.

— Не надо, — сказала Мама.

— И сделать из него отбивную, — ответил Папа, — за десять минут.

— Тот человек утверждал, что именно это он собирается сделать с тобой, — сказал я.

— Ну и прекрасно, — отрешенно ответил Папа.

Я покинул комнату. У границы поселения зрителей все прибавлялось. Лица были везде. Вечно голодные лица. Сейчас они были голодные на зрелище.

Вечер был солнечный. Одной только жары было достаточно, чтобы все находились в состоянии лихорадки. Я подошел к Сами и поставил на Папу. Ставки против Папы были высоки, и Сами улыбнулся, приняв от меня деньги.

Когда Папа появился на ринге, я понял, почему ставки против него были так высоки. По сравнению с Зеленым Леопардом он выглядел откровенным хиляком. Его появление вызвало новый шквал насмешек. Он вышел на ринг, попрыгал, пофыркал, побоксировал. Зеленый Леопард удостоил его презрительным взглядом и властным голосом спросил:

— Каков твой вес?

— У меня нет веса, — ответил Папа.

Толпа рассмеялась.

— У этого человека нет веса, — сказал кто-то из толпы.

Мне стало жаль Папу. Я даже уже бросился к нему, чтобы увести его домой, но Адэ оттащил меня.

— Отец дал мне этот фетиш, сильнейшее заклятие, — сказал он, тыча мне в лицо мертвой лягушкой. — Брось его на ринг, — добавил он, протягивая мне лягушку.

Я прицелился в голову Зеленого Леопарда, швырнул фетиш и промахнулся. Он приземлился на голову одного из громил. Человек обернулся, увидел наши проказливые лица и погнался за нами. Мы добежали до сгоревшего фургона, дважды его обежали, нырнули под столик и улизнули в лес. Громила вернулся к зрителям. Мы тоже осторожно вернулись. Протиснувшись сквозь толпу, мы увидели, что соперники уже разогреваются. Музыка гремела из партийного фургона и резала слух. Зеленый Леопард разминался, вгоняя себя в пот, который тек с него ручьями. Это был подлинный титан. Казалось, что его высекли прямо из цельного гранитного утеса. Его мускулы блестели в лучах вечернего солнца, будто он искупался в масле. Папа смотрелся худым и крепким, но совсем не таким могучим, как я его себе представлял, пока у меня не с кем было сравнивать. Я испугался за него и почувствовал себя больным.

— Так у тебя нет веса, да? — спросил Зеленый Леопард, исполняя свирепый военный танец и направляя в папину голову несколько пробных ударов.

— Нет, — ответил Папа, прыгая на одной ноге, как безумный кузнечик, — но я побью тебя и опозорю твою философию.

Зеленый Леопард снова презрительно рассмеялся, и Папа нанес ему молниеносный удар прямо в лицо. Голова Зеленого Леопарда откинулась назад. Его смех затвердел в маску боли. Кровь проступила у него на губах. Он был совершенно сбит с толку скоростью папиной атаки. Толпа тяжело вздохнула. Музыка смолкла. Какое-то мгновение только ветер завывал над нашими голодными головами. Слепой старик возбужденно заерзал на кресле и нарушил тишину несколькими пассажами на своем старинном инструменте.

— Первый удар нанесен! — сказал он.

И затем Зеленый Леопард обрушил на Папу всю ярость своей атаки, сопровождая ее криками, агрессивно свингуя, используя локтевые выпады, хуки и перекрестные удары. Женщины в толпе завизжали. Папа словно исчез под натиском ударов и был отброшен в толпу. Люди расступились, и когда он поднялся, несколько рук вбросили его на ринг. Одним из этих людей был наш лендлорд.

— Первая атака! — крикнул слепой старик.

Я изо всех сил его возненавидел.

— Есть ли у тебя еще одна лягушка? — спросил я Адэ.

— Нет. Но у меня есть вот это.

Он вытащил рогатку. Я ее выхватил у него, нашел камешек, зарядил рогатку и нацелился прямо в лицо старику. Вместо лица я попал ему в красную шляпу. Старик истошно завизжал. Толпа опять тяжело вздохнула. Папа упал под натиском жестоких увесистых ударов. Громилы помогли ему подняться и со смешками отправили обратно в бой.

— Успешная атака номер два, — объявил старик и спрятал лицо.

Я стал искать новый камень. Кто-то отобрал у меня рогатку. Толпа неистовствовала. Я увидел, как Зеленый Леопард отступает. Папа набросился на него и исполнил свой каскад, лавину ударов, проделанных с такой быстротой, что казалось, его руки представляют из себя машину. Его скорость была удивительной, руки стали похожи на одно большое пятно, и Зеленому Леопарду пришлось присесть на ягодицы. В рядах его сторонников началось замешательство. Но он взял себя в руки. Слепой старик вздрогнул на своем кресле.